Д-р E.Sanfilippo и д-р A.Friedman из Вашингтона провели онлайн-опрос практикующих дерматологов и выяснили, что клиницисты думают о назначении миноксидила перорально в малых дозах пациентам с андрогенетической алопецией (АА).
Авторы исследования разослали анкету 2200 американским дерматологам, однако заполнил ее только 201 врач (9,1%).
Из этого числа 81% респондентов одобряли назначение миноксидила перорально при АА. Наименее положительно к такой схеме лечения относились дерматологи, практикующие более 30 лет.
«Спокойно и уверенно» назначают перорально миноксидил в США 92% дерматологов, а еще 83% предпочитают именно пероральный, а не наружный препарат.
При этом 78% дерматологов считают, что пациенты довольны результатами лечения пероральным миноксидилом, 89% – что в такой форме лекарство переносится больными хорошо.

Консенсусные рекомендации по ведению пациентов детского, подросткового и молодого возраста с витилиго опубликовали в JAMA Dermatology д-р Y.Renert-Yuval и соавторы из разных стран.
В рекомендациях указано, что, поскольку целью лечения является как можно более ранняя репигментация очага витилиго, терапию следует начинать врачу первичного звена – с назначения топических ингибиторов кальцинейрина (такролимус) в случае локализации очага на лице или шее, топических глюкокортикостероидов или игнибиторов янус-киназ (руксолитиниб), но не более чем на 10% поверхности кожи.
Сообщается о пользе УФ-В фототерапии, особенно при сочетании с наружными лекарственными средствами. Детям из соображений онконастороженности авторы рекомендуют 10-15 минутные солнечные ванны ежедневно для «усиления» эффекта наружных препаратов.

В Pediatric Dermatology вышла статья д-ра M.D.Boos и соавторов, посвященная взаимосвязи между долгосрочной гормональной контрацепцией у молодых пациентов и риском развития акне.
В исследовании приняли участие 1319 подростков и молодых взрослых (средний возраст 18,6 лет), которые в период с 2017 по 2021 год начали длительную контрацепцию с помощью внутриматочной спирали (ВМС) с прогестином или прогестинового гормонального имплантата (ГИ).
На момент начала контрацепции у 24% участников наблюдались акне.
За исследуемый период течение акне ухудшилось у 376 участников (28,5%), еще у 17% появились высыпания на ранее здоровой коже.
При этом системную терапию получали только 11,7% пациентов, у которых степень тяжести акне повысилась.
Из 542 (41% от общего числа) участников, за исследуемый период отказавшихся от ВМС/ГИ, 7,4% назвали акне как причину отмены контрацепции, из них 5 человек (0,92%) сказали, что акне – единственная причина.

В JAMA Dermatology вышла статья д-р N.Kibbi и соавторов из разных штатов США, посвященная влиянию локализации экстрамаммарной болезни Педжета (ЭМП) на клиническое течение и прогноз.
В систематический обзор и мета-анализ включили 135 англоязычных исследований из открытых баз данных за период с 1990 по 2022 год.
Результаты анализа показали, что у пациенток с ЭМП вульвы чаще диагноз устанавливался позже, и даже при радикальном хирургическом лечении в 33,8% наблюдался рецидив.
Реже рецидивировала ЭМП кожи мошонки и полового члена (в 13,8% случаев), но при этом более трети рецидивов ЭМП этой локализации были ассоциированы с регионарными или отдаленными метастазами (35,5%).
Рецидивы ЭМП перианальной локализации регистрировали в 33,9% случаев, метастазы – в 27% случаев, и в 50% ЭМП этой области характеризовалась инвазивностью.

Возможность применения геля 10,3% бердазимера для лечения контагиозного моллюска (КМ) у пациентов с атопическим дерматитом (АтД) оценили д-р A.S.Paller и соавторы.
В многоцентровом двойном слепом плацебо-контролируемом исследовании 3 фазы приняли участие 1598 пациентов с КМ в возрасте старше 6 месяцев, у 298 (13,1%) из них также был диагностирован АтД. Пациентов случайным образом разделили на две группы, участникам первой раз в сутки на протяжении 12 недель на каждый очаг КМ наносили гель бердазимера, второй – плацебо.
На 12 неделе лечения в группе бердазимера у значимо большей доли пациентов наблюдалось полное разрешение очагов КМ – вне зависимости от наличия АтД (хотя у больных с АтД обычно наблюдалось больше элементов).
Однако у детей с АтД на фоне лечения бердазимером чаще отмечались боль и раздражение в месте нанесения лекарства.

Д-р A.Soto-Moreno и соавторы из Испании опубликовали в International Journal of Dermatology статью, посвященную проблеме профессионального выгорания у дерматологов.
В поперечном исследовании приняли участие 420 испанских дерматологов (62% женщины, средний возраст 44,5 года). Участникам предлагали заполнить опросники: Maslach Burnout Inventory Human Services Survey (MBI-HSS) для оценки риска выгорания, а также анкетирование, позволяющее выявить наличие и выраженность симптомов алкогольной зависимости (AUDIT), тревоги и депрессии (HADS).
Авторы пришли к выводу о том, что дерматологи «менее подвержены профессиональному выгоранию, чем врачи других специальностей»: у 89,3% опрошенных риск выгорания был оценен как низкий (у женщин и проходящих резидентуру – несколько выше).
Несмотря на это, более чем у половины респондентов все-таки наблюдался хотя бы один признак выгорания. Исследователи выявили связь повышенного риска выгорания с тревогой и депрессией, а вот употребление алкоголя на риск не влияло.

На ежегодном съезде Американской Ассоциации Дерматологов в Сан-Диего д-р K.Li и соавторы из Канады представили постерный доклад, посвященный рискам для ребенка, ассоциированным с гнойным гидраденитом у матери.
В когортном исследовании задействовали данные 1275593 детей, рожденных в Квебеке в период с 1 апреля 2006 года по 31 марта 2022 года. Учитывались сведения о заболеваниях их матерей, а также диагнозы, установленные до достижения детьми возраста 16 лет.
Из общего числа участников исследования, диагноз «гнойный гидраденит» был установлен у 1283 женщин. Дети таких матерей чаще рождались недоношенными или мертвыми, также чаще регистрировались врожденные аномалии развития, пороки сердца и черепно-лицевые дефекты.
До 16 лет детей матерей, больных гнойным гидраденитом, чаще госпитализировали в стационары по любой причине, в частности – в связи с болезнями органов дыхания, эндокринной системы, ЖКТ.