В ходе крупного популяционного исследования, проведенного с использованием данных из базы TriNetX, д-р А.Сингал и соавторы из США обнаружили, что у пациентов с первичными вегетативными дистониями риск развития себорейного дерматита (СД) существенно выше, чем в общей популяции.
В исследовании задействовали данные более чем 220 тыс. пациентов с первичной вегетативной дисфункцией (нарушением регуляции функций вегетативной нервной системы (ВНС), не связанным с другими заболеваниями – от вегето-сосудистой дистонии до мультисистемной атрофии) и столько же здоровых сверстников составили группу контроля.
Исследователи оценивали риск развития СД спустя не менее 1 день после установки диагноза «дисфункция ВНС». Дополнительно сравнивали этот риск у пациентов с нарушением функций ВНС, получавших психотропные препараты, и тех, кто их не получал.
Наибольший риск СД выявили у пациентов с автономной дисрефлексией (ОР= 1,80), семейной дизавтономией Райли-Дея (ОР = 1,75) и мультисистемной атрофией (ОР = 1,58.
Повышенный риск также наблюдался при периферической нейропатии (ОР = 1,46) и других неуточнённых формах вегетативных дисфункций (ОР = 1,30).
Приём любых психотропных средств значительно увеличивал риск развития СД: с повышенным риском развития этого дерматоза связали психостимуляторы (ОР = 3,68), седативные препараты (ОР = 2,92), антипсихотики (ОР = 2,83), анксиолитики (ОР = 2,74), антидепрессанты (ОР = 2,71) и средства против деменции (ОР = 2,21).

В работе д-ра К.А.Тиссер и соавторов из США, опубликованной в журнале, посвященном кожным болезням в педиатрической практике, оценивается доступность применения узкополоской фототерапии UVB (NB-UVB) при прогрессирующем витилиго у детей.
Результаты проведенного среди опекунов 111 детей с витилиго (средний возраст пациентов на момент установки диагноза составил 9,29 года) анкетирования показали, что только 51,4% пациентов врачи рекомендовали терапию NB-UVB, и только 45,1% таких пациентов прошли хотя бы один курс фототерапии до 18 лет. Основными препятствиями для лечения, по мнению авторов работы, являются низкая частота назначений, ограниченная доступность источников УФВ-излучения и высокая стоимость такого лечения.
Чаще NB-UVB назначали детям более младшего возраста (80%), среди подростков фототерапию по назначению лечащего врача проходили только 51,4%.
Отказывались от прохождения терапии NB-UVB чаще всего из-за удовлетворенности состоянием кожи на момент обращения (11,5%), нежелания регулярно посещать процедуры (11,5%).
При этом около 73% участников сообщили, что хотели бы проходить лечение УФB-излучением дома, еще 67,6% – что не могут позволить себе фототерапию (стоимость процедур в США составляет от 3000 до 5000 долларов).
Авторы считают, что результаты исследования свидетельствуют о высоком интересе пациентов к NB-UVB при низкой доступности такого лечения, а также о низкой осведомленности об этом подходе к лечению витилиго у детей. Д-р К.А.Тиссер и соавторы уточнили, что важно обеспечить справедливый доступ к новым методам лечения витилиго взрослым и детям – это поможет повысить эффективность терапии и улучшить качество жизни пациентов.

В исследовании, проведенном д-ром А.М. Друкером и соавторами из Канады, изучалась связь между использованием системных препаратов и риском серьезных инфекций у пожилых пациентов с псориазом и псориатическим артритом (ПсА).
Для анализа задействовали данные 11641 пациента с псориазом старше 66 лет из базы здравоохранения Онтарио — всем участникам впервые назначили системную терапию в период с 2002 по 2020 год.
Результаты показали, что генно-инженерная биологическая терапия (ГИБТ) ингибиторами ИЛ-12, ИЛ-23 и ИЛ-17 снижала риск развития серьезных инфекций у этой группы пациентов на 35%, в то время как метотрексат и другие «старые» системные препараты, как иингибиторы ФНО, не оказали влияния на риск присоединения инфекции.
За средний период наблюдения в 4,8 года у участников было зарегистрировано 1967 случаев серьезных инфекций. На фоне терапии ингибиторами ИЛ-12, ИЛ-23 и ИЛ-17 показатель частоты развития тяжелых инфекционных заболеваний снизился у пациентов с псориазом до 1,4 случаев на 100 человек-лет.
При этом другой «новый» системный препарат — тофацитиниб, — напротив, значимо повышал риск инфекций (8,9 случаев на 100 человек-лет).

В американском журнале для дерматологов вышла статья д-ра Ш.Эршади и д-ра Дж.Барбьери, посвященная вопросу целесообразности применения для лечения угревой сыпи «домашних» LED-устройств с красным и/или синим светом, предположительно, могущих снижать колонизацию кожи Cutibacterium acnes и выраженность воспалительного ответа.
Авторы провели мета-анализ шести рандомизированных клинических исследований (РКИ), в которых оценивалась эффективность портативных LED-устройств с красным и/или синим светом в терапии акне. Выборку составили 216 пациентов в возрасте от 12 до 50 лет с акне легкого и среднетяжелого течения. Все участники проводили сеансы «домашней» LED-терапии курсами продолжительностью от 2 дней до 12 недель. Устройства с синим светом работали в диапазоне длин волн 414-445 нм, а устройства с красным — 630-670 нм, длительность одного сеанса составляла от 2 до 15 минут.
Использование LED-устройств действительно приводило к снижению числа воспалительных элементов на 45,3%, невоспалительных — на 47,7%. Среднее улучшения состояния кожи пациентов по шкале IGA оценили в 45,7% относительно времени, предшествующего началу LED-терапии. Наиболее эффективными оказались устройства, сочетающие воздействие красного и синего света.
Значимое клиническое улучшение отмечали после 4-12 недель LED-терапии.
Серьезных побочных эффектов не было зарегистрировано ни в одном из РКИ, однако некоторые пациенты жаловались на появление сухости кожи, эритемы и «дискомфорта».
Авторы заключили, что LED-устройства могут стать эффективным «дополнением» фармакотерапии и других методов лечения акне.

Исследователи из центра специализированной хирургии в Нью-Йорке, д-р Н.Дживрайка и д-р М.К.Ангуэра, нашли причину большей предрасположенности к системной склеродермии у женщин. Результаты работы, указывающие на ключевую роль толл-подобных рецепторов TLR7 и TLR8 в развитии склеродермии, опубликовали в журнале экспериментальной медицины.
Рецепторы TLR7 и TLR8 расположены на Х-хромосоме и «отвечают» за активацию плазмоцитоидных дендритных клеток (ПДК), участвующих в развитии фиброза.
В норме одна из двух X-хромосом у женщин инактивируется, однако у пациенток со склеродермией этот процесс нарушен, вследствие чего более чем в 35% ПДК наблюдается двойная экспрессия TLR7 и TLR8. Это приводит к постоянному нахождению ПДК в «активном» состоянии и развитию фиброза.
Ранее исследователи под руководством д-ра Ф.Баррата установили, что хроническое воспаление при склеродермии поддерживается за счет цитокина CXCL4, который препятствует реализации «нормального» иммунного ответа и поддерживает ПДК в вечноактивном состоянии, способствуя прогрессированию фиброза.
В настоящее время уже ведутся клинические испытания новых препаратов, блокирующих ПДК – ранее была доказана эффективность этих средств в терапии красной волчанки. По словам д-ра Баррата и соавторов, эти препараты могут быть полезны и пациентам со склеродермией.

Д-р Т.Дж.Канг и соавторы из Южной Кореи опубликовали в зарубежном журнале об исследованиях в дерматологии статью о связи между ингибиторами пропротеиновой конвертазы субтилизин-кексинового типа 9 (PCSK9) и повышенным риском витилиго.
Ингибиторы PCSK9 (эволокумаб, алирокумаб) — новая группа инъекционных препаратов, применяемых для коррекции липидного обмена, снижения риска развития острых нарушений мозгового кровообращения (ОНМК), инфаркта миокарда и других сердечно-сосудистых событий, в том числе, у пациентов с непереносимостью статинов.
Авторы провели оригинальное исследование с использованием данных крупных геномных ассоциаций из UK Biobank и deCODE и выявили генетические варианты, связанные с экспрессией PCSK9, затем оценили их влияние на риск развития витилиго.
Выяснилось, что ингибиторы PCSK9 не только не повышают риск витилиго, а наоборот – снижают его (ОШ = 0,71 [95% ДИ: 0,52–0,95]). Этот эффект был подтвержден результатами анализа геномных ассоциаций из двух независимых баз данных (UK Biobank: OШ = 0,82 [95% ДИ: 0,71–0,96]; deCODE: ОШ = 0,78 [95% ДИ: 0,67–0,91]).
Авторы отметили, что снижение риска обусловлено непосредственно ингибированием PCSK9 и опосредовано такими белками, как CCN5, CXCL12, FCRL1, легумаин и FGF2.

В журнале, посвященном проблемам подагры и кристаллических артропатий, вышла статья д-ра Н.Анумолу и соавторов из США, в которой говорится о связи между пирофосфатной артропатией (ПФА) и псориатическим артритом (ПсА).
Для анализа предполагаемой связи авторы использовали данные 41084 взрослых с установленным диагнозом ПФА и 119192 – без нарушений обмена пирофосфата кальция из базы Veterans Affairs’ Corporate Data Warehouse. В обеих группах были как пациенты с установленным диагнозом «псориаз», так и без.
Оказалось, что у пациентов с ПФА риск сопутствующего ПсА почти в 3 раза выше, чем у их сверстников с нормальным обменом пирофосфата кальция (1,07% в сравнении с 0,37%).
На основании полученных данных, авторы предположили, что в основе воспалительных и кристаллических артропатий может лежать общий патогенетический механизм. Течение ПФА и ПсА «объединяет» выраженный воспалительный процесс, опосредованный ИЛ-1β и ФНО-α и активируемый вследствие травматизации хряща или синовиальной оболочки.
Д-р Н.Анумолу и соавторы предложили врачам проводить особенно тщательный скрининг симптомов ПсА у пациентов с ПФА и псориазом и/или отягощенным по псориазу семейным анамнезом: назначать УЗИ суставов, серологические тесты даже при отсутствии кожных симптомов.
Также авторы обратили внимание на важность междисциплинарного подхода при ведении таких больных и призвали ревматологов к сотрудничеству с дерматологами.