Производители филлеров обычно сообщают, что клинический эффект гиалуроновой кислоты до 2 лет. При этом неизвестно, как долго филлер на основе гиалуроновой кислоты в действительности сохраняется в коже. Американские хирурги, практикующие микрохирургический метод Мооса, выпустили ретроспективный обзор данных пациентов с 2003 по 2021, в котором сообщается, что у 36 пациентов были случайным образом выявлены скопления гиалуроновой кислоты. У трети пациентов филлеры выявлялись спустя 3 года и более, у одного пациента филлер обнаружился в коже через 10,75 лет. Филлеры гиалуроновой кислоты были более заметны при окраске замороженных срезов толуидиновым синим, чем при обычной проводке и окраске гематоксилин-эозином. Корреляции между временем персистенции и анатомическим расположением или глубиной выявлено не было. В 90,3% случаев филлер был выявлен в подкожно-жировой клетчатке. Гранулематозной или гигантоклеточной реакции выявлено не было.

Рубцы на лбу - частое последствие операций данной области. Ботулинический токсин обладает возможностью снижать динамическое натяжение ран на лбу за счет денервации лобной мышц и мышц области глабеллы. На молекулярном уровне ботулинический токсин может также подавлять факторы роста, связанные с развитием гипертрофических рубцов. В Нью-Йорке провели одноцентровое двойное слепое рандомизированное контролируемое исследование с участием участием 42 пациентов европеоидной расы (фототип кожи по Фитцпатрику I или II) в возрасте старше 18 лет с ранами на лбу более 10 мм после операций по Моосу. Пациенты были рандомизированы для получения по стандартной схеме подкожных инъекций 50 единиц онаботулотоксина А или физиологического раствора сразу после закрытия хирургических дефектов. Критерии исключения включали гиперчувствительность к ботулиническому токсину, беременность, кормление грудью или сопутствующие неврологические заболевания. Все раны ушивались одним хирургом по одной технике и послеоперационный уход также был унифицирован. Кожные швы были сняты на 7-й день. Последующее наблюдение проводилось через 1 неделю, 2 недели и 6 месяцев. Критериями оценки были изменения модифицированной манчестерской шкалы рубцов, визуальной аналоговой шкалы рубцов и ширины рубца. Наблюдение завершили 20 пациентов в группе ботулотоксина и 20 пациентов в группе плацебо. Через 6 месяцев независимый хирург оценивал изменение диагностических индексов: медиана манчестерской шкалы рубцов составила 8 в группе лечения и 11,5 - в группе плацебо, медиана визуальной аналоговой шкалы рубцов - 2 и 3,5, средняя ширина рубца составила 2,2 мм и 3,2 мм, соответственно. У 1 пациента в группе лечения с ранее существовавшим блефароптозом развился легкий птоз век на стороне рубца (который разрешился через 3 недели).

Существуют различные терапевтические методы лечения бородавок, но до сих пор ни один из них не показал своего однозначного превосходства над другими. Одним из часто упоминаемых в последнее время подходов является применение вакцины против ВПЧ. Предполагается, что механизм действия вакцины - перекрестно-защитный эффект, вызывающий системный ответ. В Корее провели открытое, неконтролируемое, одногрупповое исследование 9-валентной вакцины против ВПЧ для лечения множественных резистентных бородавок. Резистентной бородавкое считалась бородавка, сохраняющаяся более 1 года и не отвечающая как минимум на 2 традиционных метода лечения. Пациенты, которые получали сопутствующее лечение бородавок во время вакцинации, не допускались к исследованию. 45 пациентам с множественными резистентными бородавками вводилась рекомбинантная 9-валентная вакцина против ВПЧ на 0, 2 и 6 месяц. Средний возраст больных составил 28,7 года, средняя продолжительность заболевания — 3,4 года. Среднее количество поражений составило 15,7, наиболее распространенным типом были подошвенные бородавки (57,8%), за ними следовали околоногтевые (44,4%). Через 3 месяца после введения последней дозы вакцины у 28 пациентов (62,2%) наблюдалось полное исчезновение всех бородавок, у 4 пациентов (8,9%) — снижение количества или размера поражений, а у 13 (28,9%) изменений не было или наблюдалось увеличение количества или размера поражений. Среднее время ответа составило 12,8 недели (от 1 до 30 недель) после 1-ой инъекции, у большинства (81,3%) пациентов наблюдалось клиническое улучшение после 1-ой и 2-ой инъекции. В группе полного ответа рецидивов не наблюдалось. Хотя это исследование было неконтролируемым и включало небольшое количество пациентов, авторы считают, что 9-валентная вакцина против ВПЧ является многообещающим, хорошо переносимым методом лечения резистентных бородавок.

USPSTF (Независимая целевая группа профилактических служб США) опубликовала обновленные данные об эффективности витаминных и минеральных добавок для снижения риска болезней сердечно-сосудистой системы (ССС), рака и смертности в целом среди взрослого населения, а также о вреде пищевых добавок. Обзор USPSTF был сосредоточен на анализе среди небеременных взрослых старше 18 лет без известных заболеваний ССС или хронических заболеваний (за исключением гипертонии, избыточного веса или ожирения) или дефицита питательных веществ. 1) Бета-каротин с витамином А или без него. Объединенный анализ 5 исследований показал статистически значимое повышение риска смертности от сердечно-сосудистых заболеваний, связанное с приемом бета-каротина в течение 4–12 лет наблюдения. В двух исследования в группе людей, которые курят или подвергаются воздействию асбеста на рабочем месте, был обнаружен значительно повышенный риск рака легких при приеме бета-каротина (отношение шансов (ОШ) 1,18) и при приеме бета-каротина и витамина А (ОШ 1,28). 2) Витамин Е. Объединенные анализы не продемонстрировали пользы, связанной с применением витамина Е, в отношении смертности от всех причин (ОШ 1,02) в течение 3–10 лет наблюдения или в отношении исхода любого сердечно-сосудистого заболевания. Объединенные анализы также не показали пользы, связанной с использованием витамина Е, в отношении заболеваемости или смертности от любого вида рака. 3) Поливитамины. Объединенный анализ исследований не показал связи между приемом поливитаминов и смертностью от всех причин или от сердечно-сосудистых заболеваний или от рака, в частности. 4) Витамин D с кальцием или без. В 32 РКИ сообщалось о последствиях для здоровья, связанных с приемом витамина D в сочетании с добавками кальция или без них, их результаты оказались очень схожими. Объединенный анализ 27 исследований не выявил различий в смертности от всех причин, в т.ч. от рака и заболеваний ССС. 5) Кальций. Объединенные анализы не выявили эффекта на смертность при приеме кальция. 5) Фолиевая кислота с витамином B12 или без. Среди небеременных влияние этих витаминов на показатели смертности от сердечно-сосудистых заболеваний и событий сердечно-сосудистых заболеваний были слишком низкими, чтобы делать выводы; в объединенном анализе фолиевая кислота либо отдельно, либо с витамином B12 была связана с более высокими показателями любой заболеваемости раком в течение 2-6 лет наблюдения. 6) Витамин C. Добавки с витамином С не влияли на уже указанные причины смертности. 7) Витамины В3 и В6. В целом исследователями не были выявлены подходящие исследования для оценки влияния этих витаминов. 8) Селен. Данные противоречивы, но общие данные свидетельствуют о том, что добавки селена не влияют на смертность от указанных причин. 9) Вред добавок. USPSTF также рассмотрела данные о вреде витаминных и минеральных добавок. Для многих добавок почти не было доказательств серьезного вреда. Увеличение смертности от причин в п.1 при приемом бета-каротина было ассоциировано с дозами 20-30 мг/сут. и приеме витамин А в дозе 25 000 МЕ/сут. 2 когортных исследования с участием женщин показали статистически незначимый повышенный риск перелома шейки бедра, связанный с приемом добавок витамина А. 2 исследования показали повышенный риск геморрагического инсульта, связанный с приемом витамина Е в дозах 111 и 200 МЕ в день, а 1 когортное исследование показало, что высокое потребление витамина В6 (?35 мг/сут.) было связано с повышенным риском перелома бедренной кости в области тазобедренного сустава (по сравнению с низким <2 мг/сут.). В 3 исследованиях сообщалось о повышенном риске образования камней в почках у лиц, принимающих витамин D (в когортных исследованиях этот риск был связан только с дозами витамина D 1000 МЕ/сут. или более). Ещё 2 когортных исследования с участием мужчин предполагают наличие связи между приемом добавок витамина С и образованием камней в почках. Доказательства связи между употреблением кальция и камнями в почках были неоднозначными.

Кольцевидная гранулема – доброкачественное заболевание кожи, проявляющееся кольцевидно расположенными папулами и имеющее в своей основе гранулематозное воспаление. Причина заболевания пока неизвестна и предполагается роль различных этиологических факторов. Выделяют локализованную, глубокую (подкожную), перфорирующую и диссеминированную формы кольцевидной гранулемы. Последняя форма преимущественно встречается среди взрослых и составляет 15% случаев. Диссеминированная кольцевидная гранулема (ДКГ) имеет хроническое рецидивирующее течение, редко разрешается спонтанно и более резистентна к терапии, чем локализованная форма. Для её лечения были рекомендованы противомалярийные препараты, но в связи с относительной редкостью данные об эффективности такого лечения сравнительно малы. В публикации из США представлены новые данные об эффективности гидроксихлорохина при ДКГ. Пациенты без гистологического анализа и пациенты, потерянные для последующего наблюдения, были исключены из исследования. Критериям включения соответствовали 26 пациентов, в основном европеоидной расы (100%), женщины (92%), средний возраст 59 лет. Наиболее частыми сопутствующими заболеваниями на момент обращения были дислипидемия (42%), гипотиреоз (38%) и сахарный диабет 2 типа (23%). 23% пациентов имели в анамнезе вирусные инфекции (опоясывающий и простой герпес). Клиническая картина характеризовалась наличием бляшек (69%), папул (50%) и пятен (19%), чаще всего поражались руки (88%), ноги (73%) и туловище (73%). 77%пациентов жаловались на зуд. Гидроксихлорохин в среднем был назначен в дозе 400 мг в день в течение 10 месяцев. У 35% пациентов наступило улучшение (у 4 пациентов было полное излечение и у 5 - частичный ответ). Первоначальный ответ наблюдался в среднем через 3,5 месяца. Ни у одного пациента не наблюдалось токсического воздействия на сетчатку. Наиболее распространенной причиной прекращения лечения было отсутствие эффективности (52%). По признанию исследователей работа имела свои недостатки: отсутствие контрольной группы и стандартизированных показателей исхода.

Существует ряд наблюдений, предполагающих и подтверждающих связь между гормональными и репродуктивными факторами и розацеа. Так ранее сообщалось, что беременность и использование оральных контрацептивов могут влиять на появление и тяжесть симптомов розацеа. Также сообщалось, что дисбаланс женских гормонов был связан с повышенным риском развития розацеа. Возможным объяснением данной взаимосвязи является тот факт, что половые гормоны оказывают заметное влияние на иммунную систему, следовательно на регуляцию врожденного и адаптивного иммунитета, который играет важную роль в возникновении розацеа. Исследователи из США в своей работе предположили, что гормональные и репродуктивные факторы могут быть связаны с риском развития розацеа. Они провели первое комплексное исследование, оценивающее связь между гормональными и репродуктивными факторами и возникновением розацеа в ретроспективном анализе 89 873 белых женщин. За время наблюдения было выявлено 5248 случаев розацеа. Начало розацеа встречалось реже среди женщин в постменопаузе, чем у женщин в пременопаузе (отношение рисков (ОР) = 0,73). Был выявлен повышенный риск возникновения розацеа, связанный с использованием менопаузальной гормональной терапии (МГТ) (ОР=1,32) и оральных контрацептивов (ОР=1,15). Кроме того, риск развития розацеа увеличивался при длительном применении МГТ (более 10 лет) (ОР=1,78) и при применении МГТ, содержащей эстрогены (ОР=1,29). Касательно репродуктивных факторов, наблюдался повышенный риск возникновения розацеа среди нерожавших женщин (ОР=1,22) и обратная связь между числом рождений и риском возникновения розацеа. Женщины с поздними первыми или последними родами также имели повышенный риск возникновения розацеа. Авторы полагают, что снижение эстрогена, вызванное менопаузой, может объяснить снижение риска развития розацеа у женщин в постменопаузе.

Накопление жира, дряблость и птоз кожи, активность платизмы связаны с процессом старения кожи шеи. Но горизонтальные линии шеи могут наблюдаются и у относительно молодых людей. В этом случае считается, что в их развитии участвуют как внутренние факторы, включая расовые и генетические факторы, так и внешние факторы, включая курение и употребление алкоголя. Ряд специалистов полагают, что поза с опущенной головой, связанная с работой с мобильными телефонами и компьютерами, в сочетании с регулярными скручивающими движениями, также приводит к увеличению горизонтальных линий шеи. Для коррекции применяют филлеры, аппаратную косметологию, космецевтику, ботулинический токсин А (БТХ-А) и комбинированные схемы. Влияние BTX-A именно на горизонтальные линии шеи, а не на саму платизму, изучено мало. Дермальные наполнители также исходно не были основным методом лечения стареющей шеи, но в нескольких публикациях сообщается о положительных результатах их применения. Китайские косметологи решили провести исследование, в котором стремились изучить эффективность и безопасность комбинированного лечения нестабилизированной гиалуроновой кислотой (ГК) и мезотерапией по сравнению с инъекцией BTX-A. Комбинированное лечение заключалось во введении ГК (1,5мл) и комбинации l-карнозина, пролина, глицина, аланина и витамина B2 (2,5мл). Филлер вводился горизонтально прямо в линии шеи. Каждая инъекция по 0,02 до 0,04мл располагалась на расстоянии от 0,3 до 0,4см. Сразу после введения филлеров была проведена мезотерапия глубиной 0,8мм и объемом по 0,0313мл на инъекцию. BTX-A разводили до 2 ЕД/0,1мл, инъекции выполняли внутрикожно в точки на расстоянии от 1 до 1,5 см друг от друга зигзагообразно вдоль горизонтальных линий, вводя от 1 до 2 ЕД BTX-A в каждую точку. Суммарная максимальная доза БТ-А составляла от 10 до 20 ЕД на горизонтальную линию шеи. 48 пациенток завершили данное лечение. Средний возраст в группе комбинированного лечения (n=25) составил 37,7 года, в группе лечения BTX-A (n=23) - 36,8 года. В исходных оценках линии шеи по шкале Allergan между двумя группами не было существенной разницы. В целом для группы комбинированного лечения баллы по этой шкале снизились с 2,72 в начале исследования до 1,4, 1,6, 1,9 и 2,2 через 1, 3, 6 и 10 месяцев, соответственно. В группе лечения BTX-A индекс снизился с 2,70 на исходном уровне до 2,11, 2,15, 2,65 и 2,67 через 1, 3, 6 и 10 месяцев, соответственно. Статистически значимая разница наблюдалась между 2 группами через 1, 3, 6 и 10 месяцев наблюдения. По международной глобальной шкале эстетического улучшения для группы комбинированного лечения баллы составили 2,8, 2,68, 2,0 и 1,64 через 1, 3, 6 и 10 месяцев, соответственно, для группы BTX-A - 1,30, 1,13, 0,26 и 0,13 в те же сроки. Оценки удовлетворенности пациентов подтверждали ранее отмеченные зависимости: в первой - 2,68, 2,2, 1,72 и 1,04 по сравнению с 1,17, 0,87, 0,43 и 0,17 в группе BTX-A. Значительно более высокие оценки боли, более высокая частота и более длительное восстановление (эритема, отек и экхимозы) отмечались в группе комбинированного лечения.