Увидело свет исследование, проведённое в клинике Мэйо, об эффективности лечения спиронолактоном у девочек-подростков. Подобное исследование прежде не выполнялось и в нём приняли участие пациенты, наблюдавшиеся в клинике с 2007 по 2017. Критерии включения включали следующее: 1) женщины с диагнозом акне, поставленным или подтвержденным дерматологом; 2) лечение спиронолактоном не менее 3 месяцев; 3) наблюдение в дерматологической клинике не менее 3 месяцев после начала приема спиронолактона. Реакция каждого пациента на терапию ретроспективно оценивалась на основании впечатлений лечащего дерматолога о последующем наблюдении как: полный ответ (улучшение более или равное 90%); частичный ответ (улучшение около 50%); без улучшения. Время ответа определялось как по оценке лечащего врача, так и по субъективной оценке пациентом. Сопутствующая терапия включала местные лекарства, пероральные антибиотики, оральные контрацептивы или сочетание этих методов лечения. Чтобы лечение пациента считалось двойной терапией, терапия контрацептивами, например, представляла собой комбинацию эстрогена/прогестерона и начиналась за полгода до начала приема спиронолактона. В когорте из 80 пациенток со средним возрастом 19 лет (диапазон 14-20 лет), 64 (80%) наблюдали улучшение после лечения спиронолактоном (средняя доза 100 мг в день) с благоприятным профилем побочных эффектов, примерно у четверти пациентов (22,5%) наблюдался полный ответ. Первоначальный и максимальный ответы наблюдались в среднем через 3 месяца и 5 месяцев, соответственно. Пациенты получали лечение спиронолактоном в среднем в течение 7 месяцев (диапазон от 3 до 45 месяцев) с ограниченными побочными эффектами. Спиронолактон продемонстрировал эффективность при лечении акне у девочек-подростков и, по мнению авторов, является безопасной долгосрочной альтернативой системным антибиотикам у подобной группы пациентов.

Отличная новость для вечера пятницы. Согласно некоторым исследованиям употребление матерью алкоголя во время беременности повышает риск развития атопического дерматита (АД) у ребенка. Но эти исследования имели недостаток - не были продольными. Американские исследователи решили учесть этот недостаток и оценить связь между АД у детей и потреблением алкоголя матерью во время беременности, связь между АД у детей и последующим потреблением ими алкоголя в подростковом возрасте, и связь между АД у детей и потреблением алкоголя родителями. Они проанализировали данные 4898 городских детей. По результатам опросников было установлено, что связи между употреблением алкоголя во время беременности и частотой АД у детей вплоть до 5-летнего возраста не было. Матери более часто употребляли алкоголь, если у их ребенка (на 5-ом и 9-ом году жизни) был АД, у отцов такой связи выявлено не было. АД у детей не был связан с повышенным риском употребления ими алкоголя в подростковом возрасте. В заключение авторы предполагают, что употреблением алкоголя матерями, дети которых страдают АД, связано со стрессом. Авторы надеются продолжить своё исследование и оценить связи АД и алкоголя и на других возрастных этапах.

Экспериментальные данные показали, что 2-метоксиэстрадиол (2-MЭ), эндогенный метаболит 17?-эстрадиола, может проявлять противоопухолевые свойства при таких опухолях, как меланома и карцинома эндометрия. У пациенток с раком эндометрия уровни 2-MЭ в сыворотке снижены по сравнению со здоровыми контрольными пациентами, и это наблюдение было связано с плохим исходом. Целью исследования немецких врачей было изучение того, снижается ли уровень 2-MЭ в сыворотке крови у пациентов с меланомой, и может ли это снижение коррелировать со стадией заболевания и, следовательно, служить прогностическим индикатором. Для определения сывороточных уровней 2-MЭ у пациентов с меланомой I-IV стадии применялся иммуноферментный анализ. В исследовании проанализировали когорту из 78 пациенток с меланомой, а также 25 здоровых людей из контрольной группы, среди которых были 15 женщин на втором триместре беременности (положительный контроль). Как и ожидалось, значительно повышенные уровни сывороточного 2-MЭ наблюдались у беременных контрольных пациенток по сравнению с пациентами с меланомой и здоровыми контрольными пациентами. Не наблюдалось корреляции между уровнями 2-MЭ в сыворотке у пациентов с меланомой и стадией заболевания, толщиной опухоли, уровнем ЛДГ или S100. Кроме того, уровни 2-MЭ у пациентов с меланомой существенно не отличались от нормальных здоровых людей. Авторы подводят итог: результаты указывают на то, что уровни эндогенного 2-MЭ в сыворотке крови не снижаются у пациентов с меланомой; следовательно, в отличие от потенциальных лечебных эффектов экзогенно вводимого 2-MЭ, эндогенные сывороточные уровни 2-MЭ не могут использоваться в качестве диагностического или прогностического маркера при меланоме; по нашему мнению, дальнейшие исследования должны быть сосредоточены на терапевтическом применении системно вводимого 2-MЭ у пациентов с меланомой, а не на прогностическом потенциале его уровней в сыворотке.

Преимуществом местных противогрибковых средств при онихомикозе может быть отсутствие системных побочных эффектов и лекарственного взаимодействия с другими препаратами, поэтому не прекращаются попытки совершенствования прежних средств или получение новых. Недавно были представлены результаты 3 фазы исследования эффективности и безопасности 10% раствора тербинафина (MOB-015) по сравнению с раствором-носителем у взрослых с дистальным онихомикозом. В исследование включили пациентов с 20-60% поражением, из исследования исключали пациентов, если у них был иной тип онихомикоза, толщина ногтя на пальце ноги> 3 мм, хирургия ногтей в анамнезе, известный иммунодефицит, неконтролируемый сахарный диабет, недостаточность периферического кровообращения, тяжелый микоз стоп, беременность и кормление грудью. Субъекты, которые использовали системные противогрибковые средства в течение 6 месяцев или местные противогрибковые средства в течение 6 недель, также были исключены. Клиническая картина заболевания и соскоб на грибы выполнялись на 0, 12, 24, 36, 48 и 52 неделях лечения. Группу лечения составили 246 пациентов, группу носителя - 119. Значимых отличий по демографическим показателям и количеству пораженных ногтей между группами не было. К концу исследования по разным причинам остались не все пациенты, среди которых отрицательный посев на грибы и микроскопия в группах MOB015 и носителя составили 69,9% и 27,7%, соответственно. Полное излечение (0% клинических проявлений болезни и лабораторные данные) было достигнуто у 4,5% и 0% пациентов, соответственно. Субъекты с хотя бы одним нежелательным явлением, приведшим к прекращению приема, составляли 2,8% в группе MOB-015 и 4,2% в группе носителя.

Младенческая гемангиома (МГ) - самая распространенная сосудистая опухоль младенческого возраста. Японские исследователи опубликовали работу, в которой оценивали частоту и факторы риска этой опухоли. Для анализа были выбраны 85244 пары мать-младенец, средний гестационный возраст составил 39,2 ± 1,6 недели и средний вес при рождении 3010 ± 428г. Среди младенцев 51,3% младенцев составляли мальчики, 42,4% были первенцами и 98,2% были единственным ребёнком при родах. Среди матерей 72,9% были моложе 35 лет, 73,6% имели индекс массы тела (ИМТ) до беременности 18,5–25 и 92,1% забеременели в результате спонтанного зачатия. Частота МГ в возрасте 1 года составила 0,72%. МГ была связана с заболеваемостью матери поллинозом, мужским полом, гестационным возрастом и использование репродуктивных технологий. МГ была незначительно связана с аллергическим конъюнктивитом у матерей. Интересно, что МГ была связана с длительностью обучения у матерей (в случае более 16-летнего образования). По данным японских исследователей, в отличие от некоторых предыдущих работ, низкая масса тела при рождении не была существенно связана с МГ; однако риск МГ снижался на 9% на каждую неделю гестационного возраста. Риск МГ не отличался в статистически значимой степени среди недоношенных, переношенных и доношенных детей. Особенностью этого исследования также является тот факт, что это самое крупное на сегодняшний день исследование, посвященное изучению заболеваемости МГ и связи между факторами окружающей среды.

Избыток глюкокортикоидов (ГК) эндогенного или экзогенного происхождения ухудшает барьерную функцию кожи. В норме ГК связываются с минералокортикоидными (МК) и ГК-рецепторами в эпидермальных кератиноцитах человека. Некорректная активация МК-рецепторов с помощью ГК опосредует различные кожные побочные эффекты. Корейские исследователи решили узнать, могут ли антагонисты МК-рецепторов улучшить ГК-опосредованную дисфункцию кожного барьера на модели эпидермиса и на людях, находящихся в состоянии психологического стресса. В предварительном клиническом исследовании местные антагонисты МК-рецепторов улучшили функцию кожного барьера у лиц, получавших местно ТГКС. Затем исследователи идентифицировали 7,3’,4’-тригидроксиизофлавон (7,3’,4’-THIF) как новое соединение, которое ингибирует транскрипционную активность МК-рецпторов. В последующем клиническом исследовании на людях в состоянии стресса крем, содержащий 7,3',4'-THIF (0,1%), показал хороший результат по ряду показателей. Так через 10 дней местного применения (середина исследования и далее) по сравнению с кремом-плацебо был значительно снижен pH поверхности кожи и наблюдалось улучшенное восстановление кожного барьера. Базальная трансмембранная потеря воды, целостность и гидратация рогового слоя не различались между кремами. Данное открытие может представлять собой многообещающий терапевтический вариант для облегчения кожных состояний, вызванных хроническим стрессом или хрупкостью кожи, вызванной длительным использованием системных или местных ГК.

С целью остановки прогрессирования несегментарного витилиго обычно применяется пульс-терапия перорального дексаметазона. Впрочем этот подход имеет свои минусы, кроме того продолжается поиск альтернативы имеющимся нефототерапевтическим и нестероидным подходам. В Индии врачи решили оценить эффективность перорального приема микофенолата мофетила для стабилизации активного несегментарного витилиго. В этом проспективном рандомизированном слепом исследовании 50 пациентов с активным витилиго были рандомизированы на две группы в соотношении 1:1. Группа A получала дексаметазон перорально (2,5 мг два раза в неделю), а группа B получала микофенолат мофетил (до 2г) в течение 180 дней с периодом наблюдения без лечения в течение 90 дней. В обеих группах была выявлена значительная тенденция к снижению активности витилиго (индекс VIDA): первое значительное снижение было отмечено на 90-й день и на 180-й день по сравнению с исходным уровнем. Тем не менее индекс заметно подрос к 270-му дню (период без лечения), причём больше во второй группе. У 20 пациентов в группе A и у 18 пациентов в группе B в результате лечения наблюдалось прекращение активности заболевания. Средняя продолжительность остановки прогрессирования заболевания составила 47,2±12,1 дня в группе A и 52,5±9,3 дня в группе B. В обеих группах разница между суммарной площадью витилиго (индекс VASI) на исходном уровне и на 180 и 270-й день не была значимой. Важными побочными эффектами, отмеченными при приеме дексаметазона были угри (n=3), прибавка в весе (n=3), головная боль, бессонница и нарушение менструального цикла (по 1 пациенту), тогда как тошнота (n=6) и диарея (n=4) были наиболее частыми побочными эффектами, отмеченными при приеме микофенолата. Два пациента в группе B прекратили лечение из-за лейкопении (n=1) и повышения трансаминаз (n=1), которые исчезли после отмены препарата. По мнению исследователей микофеналата мофетил может быть предложен при прогрессирующем витилиго, особенно в обстоятельствах, где исключено использование фототерапии и стероидов.