Нейрофиброматоз 1 типа - аутосомно-доминантное генетическое заболевание, вызванное мутацией в гене нейрофибромина 1 (NF1). Его отличительными чертами являются кожные проявления, включая нейрофибромы, и доброкачественные опухоли оболочек периферических нервов. Японские исследователи проанализировали экспрессию коллагена и матриксной металлопротеиназы-1 (MMP-1) в кожной нейрофиброме при нейрофиброматозе 1 и выявили избыточную экспрессию коллагена и снижение экспрессии MMP1. На основании этих данных они решили исследовать эффективность препаратов, которые могли бы повлиять на фосфорилирование компонентов пути Ras, лежащего в основе регуляции NF1: блокирование с помощью PD184352, U0126 и рапамицина и влияние на лизосомные процессы хлорохином, гидроксихлорохином и бафиломицином A. В ходе исследования in vitro на культивированных фибробластах нейрофиброматоза 1 учёные выявили, что подавление MMP-1 было ключевой аномальной особенностью фибробластов нейрофиброматоза 1 и что это можно было восстановить лизосомными блокаторами, хлорохином и гидроксихлорохином. Блокаторы же пути Ras в данной ситуации не давали никакого эффекта. Данное исследование демонстрирует потенциал этих 2 соединений для лечения нейрофиброматоза 1.

Карцинома Меркеля (КМ) - агрессивная опухоль с 64% 5-летней выживаемостью у пациентов с локализованными опухолями, 39% - для пациентов с поражением лимфатических узлов и 18% - на стадии метастазирования. Кроме того, пациенты сталкиваются с приблизительно 35% риском местного рецидива, 40% риском рецидива в лимфатических узлах и 20% риском метастатического рецидива после операции. При локализованной стадии, как правило, рекомендуется широкое хирургическое иссечение с отступом 2–3 см (хотя появляются данные о меньших отступах с одинаковой эффективностью) с последующей лучевой терапией (ЛТ) (дозы от 50 до 66 Гр). В повседневной клинической практике хирургические методы могут быть ограничены - некоторым пациентам анестезия противопоказана, у других есть риск серьезных эстетических последствий, а послеоперационные функциональные осложнения могут существенно повлиять на качество жизни. В таких случаях ЛТ является интересной альтернативой хирургическому вмешательству, что и решили оценить французские исследователи. В исследование были включены пациенты, которые наблюдались с 1989 по 2019 с гистологически подтвержденной КМ. Их лечили либо хирургическим вмешательством с 2 см отступом с последующей адъювантной ЛТ, либо исключительно ЛТ. 53 пациента (63,1%) лечились исключительно ЛТ (группа А), а 31 (36,9%) подверглись хирургическому иссечению с последующей адъювантной ЛТ (группа В). Частота местных рецидивов составила 13,7% в группе А и 25,8% в группе В. Не было обнаружено статистических различий в последующих рецидивах, сроках безрецидивной и общей выживаемости. Исследователи полагают, что в их подходе могут быть заинтересованы пожилые пациенты с сопутствующими заболеваниями или пациенты, у которых операция может вызвать значительные функциональные или эстетические последствия.

Людская молва очень любит связывать акрохордоны с наличием вирусов и/или паразитов, но и это ещё не все мифы о них. Развенчанием очередного мифа об акрохордонах занялась группа исследователей из Египта. Они определяли распространенность полипов толстой кишки среди пациентов с акрохордонами. 200 пациентов с акрохордонами обследовали физикально (в т.ч. определили ИМТ), лабораторно (уровень глюкозы, скрытая кровь в кале). Тем, у кого была выявлена кровь, была проведена колоноскопия с резекцией всех выявленных полипов. Лишь у 3,5% всех пациентов были выявлены полипы, в остальных случаях либо не было ничего выявлено, либо был диагностирован язвенный колит. По мнению исследователей простое присутствие акрохордонов не коррелирует в значительной степени с наличием полипов толстой кишки и не оправдывает скрининговую колоноскопию, если не выявлены другие метаболические и биохимические маркёры.

Датчане продолжают поражать масштабными когортными исследованиями. В этот раз они опубликовали данные риска задержки развития плода при использовании матерями при беременности топических стероидов. По данным исследователей распространенность местного применения кортикостероидов во время беременности достигает 7% Самые последние рекомендации предписывают использование местных кортикостероидов со слабой или умеренной активностью (например, гидрокортизон и гидрокортизона бутират) во время беременности, тогда как сильнодействующие или очень сильнодействующие препараты (например, мометазона фуроат, бетаметазон и клобетазол) следует использовать только в качестве терапии второй линии и в течение короткого периода времени. Но прежние данные, позволяющие оценить потенциальный вред плоду от местного применения кортикостероидов во время беременности, ограничены и противоречивы. Из исходной когорты в 1,1 миллиона беременностей были отобраны за период с 1997 по 2016 те, где имело место использование топических стероидов - 60497. Среди них в 5678 (9,4%) случаях имело место задержка развития плода. При сравнении с беременностями, где не было воздействия топических стероидов, а также после сравнения воздействия различных по силе топических средств, датские исследователи не выявили никакой корреляции. Авторы заключают, что их результаты предполагают, что умеренное или большое увеличение риска задержки развития плода маловероятно, даже если во время беременности используются большие количества сильнодействующих или очень сильнодействующих местных кортикостероидов.

Международная группа исследователей обнародовала данные крупного исследования бимекизумаба, нового моноклонального антитела IgG1, которое избирательно ингибирует как интерлейкин-17A, так и интерлейкин-17F. Они сравнивали эффективность и безопасность бимекизумаба по сравнению с секукинумабом, который избирательно ингибирует только интерлейкин-17A. Они случайным образом распределили пациентов с бляшечным псориазом средней и тяжелой степени в соотношении 1:1, которые на протяжении 48 недель получали бимекизумаб в дозе 320 мг (1 раз в 4 недели) (n=373) или секукинумаб в дозе 300 мг (первые 4 недели еженедельно, затем 1 раз в 4 недели) (n=370). На 16 неделе пациенты, получавшие бимекизумаб, прошли повторную рандомизацию в соотношении 1:2 для получения поддерживающих доз каждые 4 недели или каждые 8 ??недель до 48 недели. На 16 неделе в общей сложности 230 пациентов (61,7%) в группе бимекизумаба и 181 (48,9%) в группе секукинумаба имели 100% снижение индекса PASI. На 48 неделе 100% снижение PASI 100 наблюдалось у 250 пациентов (67,0%), получавших бимекизумаб, по сравнению с 171 пациентом (46,2%), получавшим секукинумаб. Среди побочных эффектов самым заметным был кандидоз полости рта: в 1-ой группе - у 72 пациентов (19,3%), во второй - у 11 пациентов, 3,0%. Подводя итог, авторы отмечают, что у пациентов с псориазом умеренной и тяжелой степени лечение бимекизумабом приводило к большему очищению кожи, чем лечение секукинумабом

Фронтальная фиброзная (фиброзирующая) алопеция (ФФА) - это первичная лимфоцитарная рубцовая алопеция, характеризующаяся рецессией лобной линии роста волос и алопецией бровей. Этиология ФФА неизвестна, а теории патогенеза экстраполированы из исследований патогенеза плоского лишая. Роль половых гормонов неясна, хотя есть несколько теорий, подтверждающих потенциальный андрогенный триггер в патогенезе ФФА. Лечение представляется сложной задачей, и рандомизированных клинических испытаний, оценивающих доступные терапевтические методы, по-прежнему, нет. Оптимальный режим лечения является дискутабельным, поскольку были опробованы как местные методы лечения (кортикостероиды, ингибиторы кальциневрина, миноксидил), так и системные методы лечения (гидроксихлорохин, пероральная терапия кортикостероидами, пероральные ретиноиды) с разной степенью эффективности. Результаты ретроспективных исследований показывают, что ингибиторы 5?-редуктазы (5АР), финастерид и дутастерид, по-видимому, эффективны для стабилизация болезни. Дутастерид - конкурентный, мощный, селективный и необратимый ингибитор всех 3 изоформ фермента 5АР. По сравнению с финастеридом дутастерид ингибирует 5АР 1 типа с аффинностью в 50 раз выше и 2 типа - в 11 раз выше. Испанские врачи провели исследование, в котором оценивали ответ на дутастерид, подбор наиболее эффективной дозы и сравнение с другими терапевтическими вариантами. В ретроспективном обсервационном исследовании с минимальным периодом наблюдения 12 месяцев (от 12 до 108 месяцев) приняли участие 224 пациента (222 женщины). Доза дутастерида варьировала от 1 до 7 капсул (по 0,5 мг) в неделю. Системное лечение: финастерид 2,5-5 мг/сут назначен 9 (4%) пациентам, гидроксихлорохин 200-400 мг/сут - 6 (2,7%), доксициклин 100 мг/сут - 2 (1,3%) и изотретиноин 5-20 мг/сут - 2 (0,9%). Все пациенты, в том числе без системного лечения, получали одно и то же местное лечение, состоящее из 5% миноксидила 5 раз в неделю и 0,05% клобетазола пропионата 2 раза в неделю. Уровень стабилизации для лобной, правой и левой височных областей через 12 месяцев составил 62%, 64% и 62% в группе дутастерида (n=148), 60%, 35% и 35% в группе других системных подходов (n=20), и 30%, 41% и 38% без системного лечения (n=56), соответственно. Стабилизация процесса имела статистически значимую связь с увеличением дозы дутастерида (88%, 91% и 84% при еженедельной терапии 5 или 7 дозами 0,5 мг). Дутастерид хорошо переносился всеми пациентами. По мнению исследователей пероральный дутастерид оказался наиболее эффективной терапией с дозозависимым ответом по сравнению с другими системными методами лечения или отсутствием системного лечения.

Гемангиома печени (ГП) - самая распространенная опухоль печени в младенчестве, разделяется на 2 подтипа: множественный и диффузный. Проявления ГП различные: множественные ГП клинически бессимптомны и являются самоограничивающимся состоянием, тогда как другие, быстро увеличиваясь в течение первых нескольких месяцев жизни, могут стать симптоматичными. Ряд множественных ГП могут пролиферировать и превращаться в диффузные ГП. Пациенты с этим подтипом часто имеют серьёзные осложнения, включая гипотиреоз, абдоминальный компартмент-синдром и застойную сердечную недостаточность. В связи с этим пациентам с ГП показано быстрое начало лечения. Известно, что наличие младенческих гемангиом (МГ) коррелирует с наличием ГП. Целью исследования китайских врачей было установление оптимального количества кожных МГ, необходимых для скрининга на ГП. В исследовании приняли участие 676 пациентов младше 9 месяцев. Сравнивали 2 группы пациентов: 1) до 2 МГ; 2) 3 и более МГ. Были получены следующие результаты. У 31 пациента была обнаружена ГП, большое количество МГ было связано с повышенным риском ПГ. Статистический анализ показал, что 5 кожных МГ были оптимальным числом для скрининга ПГ.