Липомы - хорошо изученные, распространенные доброкачественные опухоли зрелых жировых клеток. Основной повод для обращения с ними ко врачам - эстетические соображения. Современные методы лечения, включая хирургическое удаление и липосакцию, эффективны, но имеют высокий риск образования рубцов, что вызывает вопросы для их применения на косметически важных областях, таких как, например, лицо. В Пуэрто-Рико провели эксперимент, заключающийся в применении дезоксихолевой кислоты при липоме на лице. Врачи прибегли к данному средству, т.к. оно одобрено для внутриочаговых инъекций FDA для удаления избыточного подкожного жира в подподбородочной области. Данный эксперимент был проведен у 33-летней женщины с липомой диаметром 2 см в правой части лба. Пациентка получила с интервалом от 3 до 8 недель 6 инъекций кислоты (общая доза 1 мл). Во время каждой инъекции равномерно вводили 0,1 мл или 0,2 мл раствора (10 мг/мл) в середину опухоли с помощью иглы 30G. После процедуры возникало лёгкое жжение, которое проходило в течение нескольких часов. В течение 14 недель размер поражения уменьшился на 50%. Уменьшение размера опухоли продолжало наблюдаться во время последующих инъекций. На 32 неделе лечения размер очага поражения составлял до 0,8 см в диаметре. Поскольку пациентка осталась довольна результатами, дальнейшее хирургическое лечение было отложено. Этот случай, похоже, впервые опубликованный в литературе, демонстрирует потенциал внутриочагового липолиза дезоксихолевой кислотой как безопасного и эффективного варианта лечения липом, особенно тех, которые возникают на косметически чувствительных анатомических областях, таких как лицо.

Базалиома - это часто встречающийся рак кожи, для которого существует большое количество лечебных подходов. Но у пациентов с базалиомой вокруг глаза иссечение и деструктивные методы несут собой риски для его функции. Американские исследователи решили провести исследование, в котором оценивали исходы для глаза при лечении окулярной и/или распространенной периорбитальной базалиомы ингибитором сигнального пути Hedgehog висмодегибом. В это открытое, нерандомизированное исследование были включены пациенты с базалиомами, угрожающими глазу и слезному дренажу. Для оценки функций глаза применяли взвешенную шкалу визуальной оценки (VAWS) и стандартное офтальмологическое обследование. Первичной конечной точкой было VAWS с оценкой 21/50 (или выше), что означало сохранение глазного яблока. Ответ опухоли на лечение оценивали с помощью RECIST v1.1. Висмодегиб в дозе 150 мг назначался перорально ежедневно до 12 месяцев или до прогрессирования заболевания или возникновения неприемлемой токсичности, после чего было рекомендовано хирургическое удаление. В исследование приняли участие 34 пациента; 19 пациентов поступили с опухолями, полное удаление которых с чистыми краями, вероятно, потребовало бы экзентерации. Остальные 15 пациентов имели опухоли, удаление которых могла бы привести к потере дренажной функции слезного аппарат и экстраокулярной моторики. В общей сложности 27 из 34 пациентов (79,4%) решили пройти иссечение до завершения годичного курса лечения из-за плохой переносимости висмодегиба. Один пациент умер до завершения исследования. Среднее значение VAWS составляло 44/50 на исходном уровне, 46/50 через 3 месяца и 47/50 через 12 месяцев или после операции. Использование висмодегиба привело к сохранению функции глаза и слезного аппарата, в качестве неоадъюванта он максимизировал клиническую пользу при минимизации токсических побочных эффектов. Данное исследование стало первым проспективным клиническим испытанием, демонстрирующим эффективность неоадъювантной терапии против базалиомы такой локализации, и первое подобное исследование, демонстрирующее сохранение глазного яблока и зрительной функции.

Келоиды - фиброзные поражения, характеризующиеся непрерывным и инвазивным ростом и вызываемые местным механическим раздражением. Одной из характеристик келоидов, в отличие от других фиброзных заболеваний и процесса нормального заживления ран, является низкая трансформация дермальных фибробластов в ?-SMA+ миофибробласты (миофибробласты, вырабатывающие альфа-актин гладких мышц). Китайские исследователи опубликовали исследование, в котором показывают, что причиной этого может быть очень сильная экспрессия белка аспорина, связаного с метаболизмом и формированием межклеточного матрикса. Эксперименты с человеческими дермальными клетками (ДК) показали, что сверхэкспрессия или специальная обработка аспорином отменяет способность ДК принимать перпендикулярную ориентацию при воздействии растягивающего напряжения. Это также вызвало кальцификацию окружающей трёхмерной коллагеновой матрицы. Сверхэкспрессия или обработка аспорином также препятствовала ремоделированию ДК окружающего трёхмерного коллагенового матрикса, что приводило к формированию неорганизованной сети толстых волнистых коллагеновых волокон, напоминающих структуру коллагена в келоидах, что в свою очередь, нарушало способность ДК сокращать коллагеновый матрикс. Обработка аспорином также делала фибробласты невосприимчивыми к активации их ?-SMA+миофибробластами. Эта блокировка активации фибробластов останавливала их дифференцировку в зрелые миофибробласты, которые должны были эффективно ремоделировать внеклеточный матрикс. Фибробласты оставались незрелыми, высокопролиферативными и продолжали формировать избыточное количество внеклеточного матрикса, вызывая рост и инвазию келоидов. Подтверждением этих наблюдений стал эксперимент в котором кожное введение сверхэкспрессирующих аспорин ДК в раны мышей воспроизводило гистопатологические характеристики келоидного коллагена.

Спектр аллергических заболеваний включает в себя атопический дерматит (АД), аллергический ринит (АР), астму и эозинофильный эзофагит, которые связаны с иммунным ответом 2 типа. В патогенезе псориаза принимают участие Т-хелпер(Th)-1 и ось Th17/Th22. При этом по некоторым исследованиям у пациентов с псориазом чаще встречается астма (относительный риск 3,89) и АР (1,25). Однако ни одно когортное исследование не оценивало риск псориаза у пациентов с астмой или другими аллергическими заболеваниями, что и решили исследовать в Корее. В исследование были включены 9 718 722 человека, прошедшие медицинское обследование в 2009 в возрасте старше 20 лет. Пациенты с аллергическими заболеваниями, включая АД (n = 35 685), АР (n = 1 362 713), астму (n = 279 451), и контрольные субъекты без всех 3 аллергических заболеваний (n = 8 210 042), без АД (n = 9 683 037), без АР (n = 8 356 009) и без астмы (n = 9 439 271). Затем были исследованы медицинские записи за 8 лет, чтобы выявить тех, у кого развился псориаз. После проведения регрессионного анализа были получены следующие данные. Заболеваемость псориазом составляла 9,57 и 2,94 на 1000 человеко-лет в группе АД и контрольной группе без АД, соответственно; 3,78 и 2,83 на 1000 человеко-лет в группе АР и контрольной группе; 4,28 и 2,80 на 1000 человеко-лет в группе астмы и контрольной группе. Отношение рисков псориаза при наличии АД, АР и астмы, соответственно, составили 1,33, 1,55 и 3,16. Риск псориаза возрастал с увеличением числа сопутствующих аллергических заболеваний. По данным этого исследования аллергические заболевания, особенно астма, могут быть фактором риска развития псориаза. По мнению авторов, гипотеза, объясняющая данное наблюдение, заключается в следующем. Псориаз индуцируется и поддерживается Th1-клетками, а атопические состояния - преимущественно Th2-иммунным ответом. Однако традиционная парадигма Th1/Th2 была изменена с открытием Th17- и Th22- клеток. В свою очередь цитокины, выделяемые Th17 (например, интерлейкин-17A), принимают участие в развитии как псориаза, так и аллергический заболеваний.

Спиронолактон, антагонист альдостерона с антиандрогенными свойствами, механизм действия которого включает блокирование активности 5?-редуктазы. Он является эффективным средством для лечения акне у женщин, но его системное применение у некоторых пациенток вызывает значимые побочные эффекты. Спиронолактон для местного применения может быть ценным вариантом лечения пациентов с угревой сыпью как у женщин, так и у мужчин. В Иране провели пилотное исследование 5% спиронолактона для местного применения 2 раза в день в течение 8 недель для лечения пациентов с акне легкой и средней степени тяжести. Оценивалась скорость улучшения кожного процесса. Кроме этого оценивали биометрические характеристики кожи, включая гидратацию кожи, эритему, трансэпидермальную потерю воды, pH, количество кожного жира и активность бактерий C.acnes. В исследовании приняли участие 15 пациентов (10 женщин и 5 мужчин), средний возраст которых составил 25±4,87 года. Критериями исключения были: прохождение в анамнезе системного лечения акне в течение последних 4 недель, использование местных средств против угрей в течение последних 2 недель, использование изотретиноина, лазерной терапии и пилинга в течение последних 6 месяцев. беременность и период лактации. Количество угревых высыпаний значительно снизились через 4 и 8 недель после начала лечения. О значимых побочных эффектах не сообщалось. Более того, не было заметной разницы между гидратацией кожи, эритемой, потерей воды, pH, количеством кожного сала и активностью бактерий С.acnes до и через 4 и 8 недель после лечения. Основным недостатком данного исследования был его пилотный характер, предполагающий небольшой размер выборки, отсутствие контрольной группы и короткий период наблюдения.

Mycoplasma genitalium (MG) поражает мочеполовые пути и связана с заболеваниями репродуктивной системы. С 1981, когда она была впервые выявлена у 2 мужчин с негонококковым уретритом, накоплены данные о её связи с цервицитом, простатитом, баланопоститом, проктитом, неблагоприятным исходом беременности и бесплодием как у мужчин, так и у женщин. MG также может повышать восприимчивость к ВИЧ. Китайские врачи исследовали частоту встречаемости MG с целью определения, насколько нужно включать данного возбудителя в плановую диагностику. У 489 мужчин были собраны уретральные, а у 189 женщин эндоцервикальные образцы, а также проведено клиническое обследование. Средний возраст исследуемой популяции составил 34,02±13,39 года. Участников также проверили на наличие вируса простого герпеса-2 (HSV-2), Neisseria gonorrhoeae (NG), Chlamydia trachomatis (CT), сифилиса и ВИЧ. MG была обнаружена у 7,2% (49/678) пациентов (у мужчин в 7,4%, у женщин в 6,9%). Только 36,7% (18/49) пациентов с положительным результатом MG имелись симптомы данной инфекции. Среди пациентов, инфицированных MG, у 10,2% была выявлена CT, у 6,1% - NG, у 8,2% - HSV-2, у 4,1% - сифилис и у 22,4% генитальные бородавки (клинически).

Учёные длительное время занимаются поиском подходящих неинвазивных биомаркеров для оценки in vivo эффективности защитных мер, направленных на снижение воздействия УФ излучения (УФ). Биомаркеры рогового слоя, по некоторым данным, кажутся многообещающими маркерами дозы для оценки попавшего на кожу УФ и иммунного ответа. Международная группа исследователей в своей работе задалась целью установить зависимость между дозой и количеством биомаркеров рогового слоя, и изучить их пригодность для оценки in vivo блокирующего действия 2 солнцезащитных кремов с высоким солнцезащитным фактором (SPF 50+). 12 добровольцев подвергались воздействию УФ-В излучения широкого спектра (280–320 нм) 5 раз в неделю в течение 1 недели. Незащищенную кожу спины облучали 0,24, 0,48, 0,72 и 1,44 стандартной эритемной дозы, а защищённую солнцезащитным кремом кожу облучали 3,6 стандартной эритемной дозы. После каждого облучения отбирали образцы рогового слоя для определения количества цис-урокановой кислоты и 13 иммунологических показателей, включая цитокины и матриксные металлопротеиназы. В результате исследования уровень цис-урокановой кислоты резко дозозависимо увеличился после первого облучения, стабилизировался после последующих воздействий и достиг плато для максимальной дозы УФ после 3-го облучения. Ни один из иммунологических маркеров не показал дозозависимого увеличения. Однако матриксная металлпротеиназа-9, интерлейкин-1? и CCL27 постепенно увеличивались во время повторных воздействий максимальной дозы УФ. Уровень цис-урокановой кислоты продемонстрировал, что оба солнцезащитных крема блокировали >98% УФ. По мнению исследователей данная кислота является чувствительным, неинвазивным маркером, позволяющим in vivo оценить блокирующий эффект солнцезащитных кремов с высоким SPF в УФВ области. Иммунологические маркеры рогового слоя демонстрируют низкую чувствительность при субэритемных дозах УФ, что позволяет предположить, что они могут подходить только при более высоком и/или повторяющемся воздействии УФ.