Согласно интригующим ранним данным из Глобального реестра ревматологов COVID-19, пациенты с COVID-19, получавшие ингибиторы ФНО по поводу ревматических заболеваний, реже впоследствии нуждались в госпитализации. С другой стороны, те пациенты, которые получали 10 мг или более преднизолона в день при заражении, госпитализировались более чем в два раза чаще, чем те, кто не принимал системные кортикостероиды. Глобальный реестр был запущен 24 марта 2020 года и был быстро признан ревматологами всего мира. К 12 мая в реестр было включено более 1300 пациентов с различными ревматическими заболеваниями, и все с подтвержденной инфекцией COVID-19 в качестве обязательного условия для регистрации. Случаи были представлены более чем 300 ревматологами из 40 стран. Цели проекта: изучить результаты лечения пациентов с различными ревматическими заболеваниями, инфицированных COVID-19, и сделать выводы относительно воздействия иммунодепрессивных и противомалярийных препаратов.

Австралийские исследователи установили, что применение топических кортикостероидов (ТГКС) связано со снижением частоты рецидивов плоскоклеточной карциномы вульвы (ПКРВ) и дифференцированной интраэпителиальной неоплазии вульвы (ДИНВ) у женщин со склероатрофическим лихеном вульвы (САЛВ). ТГКС обычно не назначают после хирургического лечения злокачественного или предзлокачественного поражения, связанного с САЛВ. САЛВ, если его не лечить, приводит к увеличению частоты развития случаев ПКРВ и ДИНВ на 5-7%. Эта частота может быть снижена путем применения ТГКС. Однако могут ли ТГКС также снизить частоту рецидивов ПКРВ после ее иссечения, остается неизвестным. Для исследования изучались данные 2410 пациенток с САЛВ. Используемая база данных была создана в 2008 году, и пациенты с тех пор остаются под наблюдением. После первичного удаления возникшего новообразования вульвы все пациенты лечились ТГКС различной активности. Среди используемых ТГКС были бетаметазона дипропионат, гидрокортизон и дезонид. Исследователями ретроспективно была проанализирована медицинская документация 11 пациенток с САЛВ, у которых развилась ДИНВ или ПКРВ. Из этих 11 пациенток рецидивов не было у 8 (73%) при среднем сроке наблюдения 10,5 лет. Рецидив наблюдался у 2 пациенток (18%) с ПКРВ и у 1 пациентки (9%) с ДИВН. Таким образом, говорят исследователи, рецидивы ПКРВ и ДИНВ у пациенток с приверженностью к терапии ТГКС наблюдались в 27% случаев, что намного ниже, чем ранее сообщавшиеся 5-летние показатели рецидивов от 44% до 47% у прооперированных, не применявших ТГКС. Кроме того, если у пациентки был 1 рецидив, риск повторного рецидива при отсутствии терапии ТГКС в течение 5 лет возрастал до 80%. Факт того, что применение ТГКС после операции может снизить риск рецидива, имеет важное значение, т.к. до 25% женщин с САЛВ сообщают, что не применяли ТГКС после иссечения ПКРВ. Хотя известно, что частота новообразований вульвы уменьшается при лечении САЛВ ТГКС, это исследование представляет собой первое доказательство того, что регулярное использование ТГКС может также влиять на частоту рецидивов опухолевых заболеваний. Необходимы более масштабные проспективные исследования, но авторы предлагают реализовать эту стратегию применения ТГКС у прооперированных, не дожидаясь дальнейших доказательств для усиления этих рекомендаций. Тем более, что терапия ТГКС доступна и легко осуществима. К недостаткам исследования авторы отнесли то, что исследование представляет собой одноцентровый ретроспективный обзор с небольшим размером выборки и без контрольной группы.

Рекомендации по системной терапии псориаза, разработанные совместно Американской академией дерматологии (AAD) и Национальным фондом псориаза, включают новые препараты для лечения псориаза и новое понимание более старых. По мнению авторов данного руководства, пероральная терапия псориаза все еще широко используется и многие пациенты предпочитают ее инъекционной биологической терапии. Ревматологи часто для лечения псориатического или ревматоидного артрита в виде монотерапии или в сочетании с биологическими препаратами назначают метотрексат в относительно низких дозах и корректируют дозу в соответствии с реакцией. Предыдущие рекомендации предлагали проводить биопсию печени после набора 3,5–4 кумулятивных грамм метотрексата. Новые рекомендации вместо биопсии рекомендуют неинвазивное серологическое тестирование и вибрационно контролируемую транзиентную эластографию печени. В качестве идеального метода контроля гепатотоксичности метотрексата было предложено дополнить вышеуказанные тесты сывороточным тестом на проколлаген 3-го типа. Но этот тест в США ограничено доступен и не доказал, что в достаточной степени контролирует риск серьезных осложнений со стороны печени. В качестве более точного метода в случае недостаточной информативности вибрационно контролируемой транзиентной эластографии печени новое руководство рекомендует использовать магнитно-резонансную эластографию. Кроме этого таких пациентов рекомендуется направлять к гепатологу для сцинтиграфии, по своей информативности не уступающей биопсии печени. Уже не редкость пациенты, принимающие метотрексат в течение 10–15 лет в курсовой дозе 5-8 г. и направляемые на сцинтиграфию каждые два года. Биопсия печени для контроля гепатотоксичности метотрексата используется все реже. Из пероральных препаратов следует отметить Отезлу (апремиласт, Амген), получившую одобрение FDA для лечения псориаза в 2018 году. Хотя Апремиласт обеспечивает достижение PASI 75 только у трети пациентов, это очень безопасный препарат, почти без побочных эффектов, за исключением того факта, что около 20% людей испытывают желудочно-кишечные побочные эффекты в течение первого месяца. В руководстве говорится, что среди ингибиторов янус-киназы (JAK) при псориазе средней и тяжелой степени дерматологи могут рассматривать тофацитиниб, хотя препарат не одобрен FDA для таких показаний. В 3-ей фазе доза тофацитиниба 15 мг 2 раза в день позволила достигнуть индекса PASI 75 у 60-70% пациентов. Однако из-за опасений по поводу гематологических побочных эффектов FDA потребовало от исследователей снизить дозу до 10 мг 2 раза в день, а затем до 5 мг 2 раза в день. При последней дозе PASI 75 достигли 40% пациентов. Тофацитиниб одобрен для ревматоидного и псориатического артрита, но не для псориаза. Ревматологи любят назначать этот препарат для лечения псориатического артрита часто вместо метотрексата в сочетании с биологическими препаратами. Пероральные агенты, доступные за пределами США, включают сложные эфиры фумаровой кислоты (FAE), которые одобрены FDA для других показаний, включая псориатический артрит. Диметилфумарат одобрен FDA для лечения рассеянного склероза и может быть рекомендован для лечения псориаза. Завершили 2-ую фазу испытаний различные ингибиторы тирозинкиназы 2 (Tyk2) и ингибиторы JAK, которые обычно обеспечивают полное очищение кожи при псориазе у 70% пациентов и, вероятно, в будущем, через 1-2 года, получат одобрение FDA. «Я бы не сказал, что мы достигли пика с помощью биологических препаратов. Но мы будем очень рады новым системным пероральным препаратам, которые появятся на рынке», заявил один из экспертов, участвовавших в создании новых рекомендаций.

Онихомикоз является распространенным заболеванием ногтей, распространенность которого во всем мире составляет 3-10%. Пероральный тербинафин часто назначают из-за эффективности и редких побочных эффектов. В этом исследовании была проанализирована частота исходных и контрольных лабораторных отклонений у 944 пациентов с онихомикозом, принимавших тербинафин в течение 12 недель. Отклонения в функциональных пробах печени до начала лечения были выявлены у 27 (2,9%) пациентов, 92,6% которых приходились на повышенное содержание трансфераз (АСТ и АЛТ). Из 27 случаев изначально аномальных печеночных проб, аномалии у 24 пациентов спонтанно разрешились при контрольном мониторинге в ходе лечения, а остальные 3 пациента прошли лечение без осложнений. 32 (3,4%) пациента имели аномальные исходные показатели общего анализа крови, большинство (84,3%) из которых определялись как анемия 1 степени. Среди этих 32 пациентов отклонения у 27 пациентов спонтанно разрешились в процессе текущего мониторинга. Пациенты с лабораторными отклонениями в 3 раза чаще обнаруживались среди лиц в возрасте 65 лет и старше, чем в общей популяции. Лабораторные нарушения у здоровых взрослых пациентов, которым назначают тербинафин при онихомикозе, встречаются редко, но чаще встречаются у пожилых людей. Лабораторные нарушения 1-го уровня на начальном этапе не являются противопоказаниями к назначению тербинафина, но у этих пациентов лабораторный мониторинг обязателен.

В Ломбардии, наиболее пострадавшем от COVID-19 районе Италии, у 159 пациентов с хроническим бляшечным псориазом, получавших лечение ингибиторами ФНО-альфа, ингибиторами IL-17 или ингибиторами IL-12/23 оценивались симптомы и исходы COVID-19. У всех пациентов с COVID-19, которые продолжали свою биологическую терапию, наблюдалось легкое течение коронавирусной инфекции, не требовавшее более интенсивного лечения инфекции. Хотя необходимо дальнейшее наблюдение за большим числом пациентов с учетом эффекта от различных типов биопрепаратов, данная небольшая серия наблюдений предполагает, что биологические препараты не вызывают более агрессивного течения COVID-19. Итальянское общество дерматологов советует пациентам, получающим биологические препараты, тщательно соблюдать правила гигиены, использовать средства индивидуальной защиты, соблюдать социальное дистанцирование и не прекращать проводимой терапии при заболевании COVID-19 без информирования лечащего дерматолога.

Канадское исследование сравнило потенциальные возможности в диагностике меланомы клинического / дерматоскопического исследования, теледерматоскопии и четырех неинвазивных систем визуализации. В общей сложности каждой системой были проанализированы 209 клинически подозрительных на меланому поражений у 184 пациентов. Все поражения, независимо от клинического диагноза, были удалены. Диагностическим золотым стандартом считался гистопатологический диагноз. Из общего количества поражений 59 были диагностированы гистологически как меланома или меланома in situ. Чувствительность и специфичность составили при клиническом / дерматоскопическом исследовании 96,6% и 32,2%, при теледерматоскопии - 84,5% и 82,6%. Система визуализации с программой для дерматоскопического анализа новообразований FotoFinder® Moleanalyzer Pro обладала самой высокой чувствительностью и специфичностью (88,1% и 78,8%) по сравнению с неинвазивной системой Melafind®, использующей свет от видимого до близкого к ультракрасному спектру (82,5% и 52,4%). Анализатор FotoFinder® Tuebinger - первая в мире немецкая автоматизированная система скрининга рака кожи, показала 83,1% и 75,2%. Неинвазивная система Verisante. Аура ™ спектроскопии Raman, распознающая рак кожи по биохимии раковых клеток - 21,4% и 86,2% соответственно. При этом система FotoFinder® Moleanalyzer Pro правильно диагностировала две меланомы, не распознанные дерматологами. Это независимое проспективное исследование позволяет предположить, что некоторые неинвазивные устройства для визуализации меланомы, такие как FotoFinder® Moleanalyzer Pro, обладают высокой чувствительностью при обнаружении меланомы. Однако, при более низкой специфичности и более низкой диагностической точности, они не способны пока заменить опыт клинициста. Это особенно верно для повреждений на волосистых или особенных участках кожи, а также у пациентов с типом кожи выше III фототипа по Фитцпатрику.

Лечение пузырчатки высокими дозами кортикостероидов считается стандартным. Но длительное лечение кортикостероидами у пациентов с этим заболеванием может вызывать тяжелые и даже опасные для жизни побочные эффекты. Исследователи сравнили у ранее не получавших лечения пациентов с пузырчаткой долю достигших полной ремиссии из числа получавших ритуксимаб в комбинации с укороченным курсом кортикостероидов и среди получавших традиционную монотерапию кортикостероидами. Одновременно изучалась частота побочных эффектов от кортикостероидов. Проспективное многоцентровое открытое рандомизированное исследование (Ritux 3) проводилось параллельными группами в 25 дерматологических клиниках Франции. В него были включены пациенты с впервые диагностированной пузырчаткой в возрасте 18-80 лет, которых лечили впервые (не во время рецидива). Участники первой группы получали перорально только преднизолон 1,0-1,5 мг / кг/сут. в течение 12 или 18 месяцев. Участники второй группы получали ритуксимаб по 1000 мг внутривенно в 0 и 14 дни и по 500 мг на 12 и 18 месяце в сочетании с укороченным курсом преднизолона 0,5-5,0 мг / кг/сут. в течение 3-6 месяцев. Последующее наблюдение длилось 3 года (визиты планировались еженедельно в течение первого месяца исследования, затем ежемесячно до 24 месяца, затем дополнительное посещение на 36 месяце). Первичной конечной точкой была доля пациентов, которые достигли полной ремиссии вне терапии на 24-м месяце. (оценка необходимости в возобновлении лечения). На 24-м месяце находились в состоянии полной ремиссии вне терапии в группе ритуксимаб + укороченный курс преднизолона 41 из 46 пациентов (89%), в группе монотерапии преднизолоном - 15 из 44 пациентов (34%) (соотношение шансов 2,61). Ни один из пациентов во время исследования не умер. Более серьезные побочные явления 3-4 степени были зарегистрированы у 29 из 53 пациентов в группе, принимавшей только преднизолон и у 16 из 27 пациентов в группе ритуксимаб + преднизолон. Наиболее частыми из этих побочных эффектов в обеих группах были диабет и эндокринные расстройства у 11 пациентов или у 21% в группе монотерапии преднизолоном против 6 пациентов (22%) среди получавших ритуксимаб + преднизолон, миопатия - у 10 пациентов (19%) против 3 (11%) и остеопороз 5 (9%) против 5 (19%). Выводы: Данные исследования показывают, что использование в качестве первой линии ритуксимаба и укороченного курса преднизолона у пациентов с пузырчаткой более эффективно, чем использование традиционной монотерапии преднизолоном, с меньшим количеством побочных эффектов.