Египетские ученые испытали Силимарин, полученный из растения расторопши, для лечения меланодермии и пришли к однозначному выводу: крем Силимарин сопоставим по эффективности с традиционным гидрохиноном, но значительно безопасней его. Основным компонентом силимарина является антиоксидант силибинин, точный механизм действия которого еще не определен. Было показано, что он препятствует опасным эффектам солнечного ультрафиолетового излучения, в т.ч. уменьшает окислительный стресс, воспаление, отек, эритему, повреждение ДНК и иммунные реакции. Кроме того, в зависимости от дозы он может предотвращать выработку меланина, не влияя на жизнеспособность клеток. Напротив, более широко используемый гидрохинон ингибирует меланогенез, блокируя фермент тирозиназу. Он модулирует мембранные структуры меланоцитов, приводя к некрозу целых меланоцитов. По итогам 3-месячного лечения проявления меланодермии (индекс MASI) уменьшились у пациентов, получавших 0,7% крем силимарина 2 раза в день на 39,21% +/- 20,65, у пациентов, получавших 1,4% крем силимарина 2 раза в день на 33,84 +/- 15,61, у пациентов, получавших 4% крем гидрохинона 1 раз в день на 46,75% +/- 22,83. Однако гидрохинон вызывал частые, значительные побочные эффекты у 71,4% пациентов, такие как эритема, жжение и шелушение, тогда как кремы силимарина не вызывали побочных эффектов. Меланодермия рецидивировала через 6 месяцев только у одного пациента (7,14%) из числа лечившихся кремом силимарина, тогда как в группе гидрохинона таких пациентов было 3 (21,4%). «Отсутствие побочных эффектов у пациентов, получающих силимарин, представляет собой важное преимущество силимарина перед обычным гидрохиноном, которое обычно связано с побочными эффектами», - пишут авторы. «Это указывает на то, что силимарин может служить эффективным и безопасным средством лечения меланодермии». На основании этих результатов авторы рекомендовали продолжить исследования. «Тем не менее эти результаты будут способствовать широкому использованию силимарина в лечении меланодермии и, следовательно, позволят найти новую важную альтернативу для лечения этого психологически расстраивающего дерматоза», - сказал ведущий автор Ахмад Нофал, доктор медицинских наук факультета медицины в университете Zagazig в Египте.

Израильская биофармацевтическая компания Can-Fite с полностью интегрированными возможностями фармацевтического открытия и клинического развития разработала и проводит испытания препарата Пиклиденозон (piclidenoson) с оригинальным механизмом действия. Все началось с того, что ученые обратили внимание на то, что рак и воспаление распространяются в организме повсюду, но не в мышечной ткани, не смотря на то, что мышцы составляют примерно 65% массы тела. Оказалось, что мышцы имеют естественную защиту от рака и воспаления, высвобождая небольшие молекулы, которые обладают противораковыми и противовоспалительными свойствами. Мышцы активируют рецептор аденозина A3 (A3AR), который ингибирует рост клеток. Пиклиденозон связывается с белком Gi, связанным с A3AR, который сверхэкспрессирован у пациентов с псориазом. Поскольку A3AR обнаруживается в гораздо более высоких количествах в раковых и воспалительных клетках, чем в нормальных, здоровых клетках, нацеливание на рецептор с помощью специфической лекарственной терапии может вызвать гибель раковых и воспалительных клеток. Более глубокое исследование также показало, что A3AR является прогностическим биомаркером, который может идентифицировать людей, наиболее чувствительных к этим типам лекарств. Кроме псориаза Пиклиденозон показан для лечения ревматоидного артрита. В настоящее время препарат проходит 3 фазу клинических испытаний. В отличие от многих инъекционных и инфузионных биопрепаратов препарат принимается перорально два раза в день, что исключает необходимость амбулаторного посещения клиники. Согласно данным клинического исследования с участием 1200 больных с псориазом, по сравнению с другими препаратами от псориаза Пиклиденозон лишен побочных эффектов, в т.ч. тошноты, рвоты и усталости. Это огромное преимущество для пациентов с хроническим псориазом, вынужденных принимать лекарства всю жизнь. Помимо Пиклиденозона, компания Can-Fite разрабатывает еще два препарата. Намоденозон, в настоящее время находящийся во 2 фазе исследований, предназначен для лечения рака печени и его предшествующих состояний - неалкогольной жировой болезни печени и неалкогольного стеатогепатита. Третий, неназванный препарат, также предназначен для борьбы с воспалением при некоторых состояниях артрита. В течение ближайших 5 лет компания планирует разработку препаратов с подобным механизмом действия для лечения рака простаты, рака молочной железы и меланомы. Предполагается, что цена нового препарата будет где-то между существующими биологическими препаратами и метотрексатом. Препарат позиционируется как небольшая молекула с пероральным доступом и отличным профилем безопасности. Разработчики препарата выражают надежду, что новый препарат займет позицию в первой линии лечения псориаза, а возможность принимать его по 1 таблетке 2 раза в день пожизненно без побочных эффектов позволит существенно сократить визиты в поликлинику.

Ученые из Великобритании провели пересадку стволовых клеток мужчине, известному как «лондонский пациент» и зараженному ВИЧ, в результате чего больной избавился от смертельно опасной инфекции — в его организме вирусы больше не обнаруживаются. Мужчину изначально лечили от прогрессирующей лимфомы, которая свойственна для зараженных ВИЧ. Врачи провели трансплантацию гемопоэтических (кроветворных) стволовых клеток от донора, который имел мутацию в гене, кодирующем белок адгезии CCR5. Это соединение находится на поверхности Т-клеток и связывается со специфическими молекулами, посылая сигналы внутрь клетки. Мутация в CCR5 предотвращает прикрепление к мембране ВИЧ, делая невозможным проникновение к клетке. Пациент также прошел режим кондиционирования, предназначенный для уничтожения злокачественных клеток костного мозга. После того как пересаженные клетки заместили клетки, уязвимые для ВИЧ, больной перестал принимать антиретровирусные препараты. По словам специалистов, ВИЧ у мужчины не обнаруживается уже в течение 18 месяцев. Результаты анализов показали, что его лейкоциты стали неуязвимыми к вирусу, и это указывает на то, что стволовые клетки прижились. Ряд исследователей пока предпочитают говорить о длительной ремиссии, а не о полном излечении. Однако если ВИЧ не будет обнаруживаться в течение нескольких лет, то «лондонский пациент» станет вторым человеком в истории, полностью вылечившимся от вируса через трансплантацию стволовых клеток. Первым был Тимоти Рэй Браун (Timothy Ray Brown), или «берлинский пациент», который прошел процедуру в 2007 году для лечения лейкемии. Осторожность ученых объясняется тем, что метод не сработал для множества других ВИЧ-инфицированных со злокачественными заболеваниями крови. У некоторых наблюдался рецидив инфекции, другие умерли от рака. Однако в ряде случаев у донорских клеток отсутствовали мутации в CCR5, что позволяло вирусу увеличить свою численность после режима кондиционирования, в ходе которого уничтожались клеточные резервуары ВИЧ. Кроме того, пересаженные клетки сами по себе провоцировали иммунную атаку на ткани реципиента, что также временно уничтожало вирусы. Таким образом, именно мутантные стволовые клетки могут быть условием полного излечения от ВИЧ.

«По сравнению с лечением псориаза, мы находимся в средневековье, когда речь идет о лечении витилиго. Мы надеемся, что сможем дать пациентам с витилиго лечение, которого они заслуживают». Это цитата из выступления директора клиники и исследовательского центра витилиго Массачусетского университета Джона Харриса на сессии AAD. Современные препараты (тофацитиниб) позволяют достичь репигментации, но не позволяют избежать рецидива после их отмены. Причем болезнь возвращается на те же участки кожи, что и раньше. Ученые предположили, что существует «память кожи», благодаря которой пятна витилиго знают, куда им возвращаться. Оказалось, что ответственны за рецидивы витилиго аутоиммунные клетки памяти, особенно резидентные Т-клетки памяти, изначально предназначенные для защиты кожи от повторного воздействия вирусной инфекции. Но, повинуясь аутоиммунным процессам, при витилиго эти клетки атакуют не вирусы, а меланоциты. Современные методы лечения отключают эти клетки, но после прекращения приема лекарств они активируются снова. Оказалось, что для выживания клеткам памяти необходим белок IL-15, от которого они более зависимы, чем другие типы Т-клеток. После того, как лабораторным мышам с витилиго были введены антитела, блокирующие взаимодействие с этим белком, клетки памяти буквально смыло в процессе лечения витилиго за несколько недель, а пигмент восстановился и держался месяцами. Ученые надеются, что биопрепарат анти-IL-15 обеспечит долгосрочные результаты, которые обычно не наблюдаются в дерматологии, и будет передан в практическое здравоохранение в течение ближайших 5 лет. Сообщается, что клинические испытания биопрепарата с участием человека запланированы на лето 2019 года.

На весенней сессии Американской академии дерматологии (AAD) в Вашингтоне были представлены рекомендации для дерматологов по применению лекарственных препаратов у беременных. В частности было отмечено, что не смотря на то, что антигистаминные препараты в значительной степени считаются безопасными во время беременности для пациентов с хроническими воспалительными заболеваниями кожи, в течение последнего месяца беременности их следует избегать. В течение этого периода они могут вызвать неблагоприятные последствия: подобный окситоцину эффект, который вызывает сокращения матки, повышенную частоту ретинопатии у недоношенных детей, получавших антигистаминные препараты в течение 2 недель после родов, симптомы абстиненции у новорожденных, включая тремор, раздражительность, плохой аппетит и диарею. Женщины, получающие микофенолят мофетил, должны использовать по крайней мере две формы контрацепции, включая барьерный метод, по крайней мере за 4 недели до получения лечения и в течение 6 недель после лечения. Кроме того, женщины, получающие азатиоприн, не должны полагаться только на ВМС для контрацепции. По возможности, использование стероидов во время беременности должно быть строго ограничено. Бетаметазон и дексаметазон могут легко преодолевать плацентарный барьер, подвергая риску еще не родившегося ребенка. Топический преднизолон является предпочтительной альтернативой, поскольку он не так эффективно проникает через плацентарный барьер. Тем не менее, побочные эффекты может вызывать и системный преднизолон, который также рекомендуется по возможности ограничить во время беременности. При этом беременная рискует набрать вес, повышается риск гестационного диабета, артериальной гипертензии, перераспределения жира и потери костной массы. Не каждая беременная способна своевременно обратить внимание на данные побочные эффекты. В наблюдениях пероральная терапия циклоспорином не повышала риска пороков развития, рисков нарушения нервной системы, иммунологических или нефрогенных дефектов у плода. В целом топические стероиды и антигистаминные препараты в значительной степени безопасны при беременности. Все больше данных накапливается о безопасности при беременности и кормлении грудью биологических препаратов класса анти-ФНО. Иммуноглобулин G является отличным выбором антител для лечения умеренно-тяжелой формы пузырчатки у беременных.

Жительница США вставила импланты в ягодицы, что привело к возникновению у нее редкого вида рака крови. Хирурги из Южно-Калифорнийского университета впервые сообщили о связи между операцией по установке текстурированных имплантов в ягодицы и развитием анапластической крупноклеточной лимфомы. Они утверждают, что к ним обратилась пациентка средних лет, пережившая пластическую операцию год назад. За это время в ее легких образовались опухоли. «К сожалению, ее состояние ухудшилось раньше, чем мы выяснили причину заболевания», — отметили ученые. Ранее Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (FDA) сообщало о 457 случаях развития заболевания после установки грудных имплантов. Девять из них закончились смертью пациенток. Президент Американского общества пластических хирургов доктор Алан Матарассо (Alan Matarasso) не удивился, что симптомы повторились и у пациенток с ягодичными имплантами. «Дело не в локализации, а в типе импланта и времени с момента операции. Наличие воспаления и генетической предрасположенности — главные факторы риска», — заявил он. Матарассо добавил, что текстурированные импланты используются для увеличения ягодиц все реже и реже, а клиенты предпочитают бразильскую подтяжку — перемещение жира с живота, спины и бедер в ягодицы.

Согласно исследованиям, проведенным в Канаде, беременные женщины, принимающие оральный флуконазол для лечения вагинальных дрожжевых инфекций, с большей вероятностью могут иметь выкидыш, чем женщины, которые не принимают этот препарат во время беременности. Исследователи отметили, что примерно у каждой десятой беременной женщины развивается дрожжевая инфекция, риск которой в 10 раз выше, чем у небеременных женщин. У беременных при дрожжевых инфекциях обычно назначают топические препараты. Женщинам, у которых неэффективен такой подход, может быть назначен флуконазол, даже если применение этого препарата во время беременности связано с повышенным риском некоторых врожденных дефектов, включая пороки развития скелета и сердца. Исследователи изучили данные о 29 458 беременностях, закончившихся выкидышем при сроке 6 - 19 недель беременности, и о 245 059 беременностях с благоприятным исходом. У женщин, принимавших низкие дозы флуконазола (150 мг), вероятность выкидыша была более чем в два раза выше, чем у женщин, которые вообще не использовали этот препарат во время беременности, а у женщин, принимавших более высокие дозы препарата, риск выкидыша более чем утроился. «Независимо от дозы пероральное применение флуконазола связано с риском самопроизвольных абортов», - сказал ведущий автор исследования Аник Берар из Университета Монреаля в Квебеке. Берар отметил, что препарат не был связан с повышенным риском мертворождения, и только высокие дозы были связаны с пороками сердца. Исследование показало, что около 70% пациентов, получавших флуконазол во время беременности, получали низкие дозы препарата. В целом, риск выкидыша был выше у женщин более старшего возраста, курильщиц или употребляющих алкоголь, и ниже, когда женщины принимали фолиевую кислоту, начиная, по крайней мере, за шесть месяцев до беременности. Результаты подчеркивают важность того, чтобы беременные женщины при дрожжевых инфекциях искали альтернативу оральному флуконазолу. «Рекомендуемое лечение беременности при вагинальных дрожжевых инфекциях - местные противогрибковые препараты (клотримазол, миконазол), которые вводятся во влагалище в форме крема или вагинальной таблетки. Эти агенты доказали свою безопасность и эффективность у беременных женщин. Несмотря на то, что оральный флуконазол отпускается в аптеках без рецепта, в настоящее время следует избегать орального лечения флуконазолом вагинальных дрожжевых инфекций у беременных женщин», считает доктор Ванесса Пакетт, соавтор редакционной статьи и исследователь фармации в Университете Британской Колумбии в Канаде.