Частота опоясывающего герпеса среди детей, перенесших в прошлом ветряную оспу выше, чем сообщалось ранее, согласно результатам национального исследования населения Тайваня. Дети, перенесшие ветряную оспу в возрасте до 2-х лет, имеют еще большую частоту опоясывающего лишая. Целью данного исследования было установить частоту детского опоясывающего герпеса у перенесших в прошлом ветряную оспу и оценить эффект прививок от ветряной оспы на распространенность детского опоясывающего лишая. В среднем опоясывающий герпес развивался через 4,12 лет после перенесенной ветряной оспы. Дети, перенесшие ветряную оспу в возрасте до 2 лет, имели более высокий уровень заболеваемости опоясывающим герпесом и более короткий временной интервал между инфекцией ветряной оспы и опоясывающим герпесом, чем дети, перенесшие ветряную оспу в возрасте старше 2 лет. Риск опоясывающего герпеса был в 2,31 раза выше у детей, перенесших ветряную оспу, чем у вакцинированных детей без ветряной оспы в анамнезе. Исследователи также обнаружили, что у детей, получавших системное противовирусное лечение ветряной оспы, был более высокий риск развития опоясывающего герпеса, чем у детей, не получавших противовирусного лечения.

Ученые обнаружили, что повреждения кожи, вызванные УФ-лучами, не прекращаются, как только вы выходите из под облучения, а продолжаются из-за химических изменений, происходящих в пигменте меланине, еще с течение до 3,57 часа. Однако, по словам исследователей, это может ускорить разработку солнцезащитного крема, который защитит от этого типа повреждений. Ранее меланин был известен своей защитной ролью, заключавшейся в способности поглощать большую часть УФ энергии, прежде чем она проникает в кожу. Однако в экспериментах на живых мышах, а также на клетках мышей и человека было продемонстрировано, что ультрафиолетовое облучение может привести к повреждению ДНК, что может стимулировать канцерогенные мутации в меланин-продуцирующих клетках, называемых меланоцитами. Исследователи подвергали мышей и меланоциты человека облучению от УФ-лампы. В облученных клетках сразу обнаруживались повреждения ДНК, но ущерб в них продолжал нарастать еще в течение часа после прекращения воздействия УФО за счет химической фазы, протекающей без света и называемой chemiexcitation и вызывавшей 50% всех поражений. Сейчас исследователи ведут поиск новые ингредиентов для солнцезащитных средств, способных блокировать эти реакции. Вместе с тем они признают полезность современных солнцезащитных препаратов, способных блокировать сразу два вида излучения - UVB и UVA.

Некоторые исследования выявили связь между хронической крапивницей и инфекцией H. pylori. Для определения распространенности H. pylori инфекции при хронической крапивнице был использован тест HpSA - копрологический иммуно-хроматографический экспресс-тест для определения Helicobacter pylori-антигена в кале. На сегодня данный тест признан как точный инструмент для неинвазивной диагностики НР-ассоциированной инфекции. Недавно вышедшее Официальное Европейское руководство рекомендует использование копрологического антиген-теста наряду с уреазным дыхательным тестом для диагностики и подтверждения эрадикации через 4 недели после окончания курса лечения. Тест позволяет за 5 минут определить присутствие H. pylori - антигена в кале пациента. Чувствительность метода 96%, специфичность метода 91%. Согласно полученным результатам 36% пациентов с хронической идиопатической крапивницей были инфицированы H. pylori, в то время как в контрольной группе были инфицированы 23%. После ликвидации H. pylori в результате эрадикационной терапии положительный ответ был достигнут у 33 (91,67%) пациентов, а у 3 (8,33%) пациентов, несмотря на ликвидацию H. pylori, не было никакого ответа. Спустя 3 месяца из 33 успешно пролеченных больных полная ремиссия крапивницы установлена у 54,5%, частичная ремиссия - у 18,2% и никаких улучшений - у 27,3% пациентов. Выводы: результаты исследования свидетельствуют о том, что копрологический тест на наличие H. pylori-инфекции должен быть включен в перечень обязательных методов обследования у пациентов с хронической идиопатической крапивницей, в том числе резистентной к проводимому традиционному лечению.

Манипулируя микробной средой кожи у пациентов с атопическим дерматитом, можно подавить разрастание золотистого стафилококка, что может быть использовано для лечения этого дерматоза. Изучение микробиоты кожи показало, что большинство бактерий золотистого стафилококка на коже у больных с атопическим дерматитом были живы, тогда как у лиц, не страдавших атопическим дерматитом, большинство из них были мертвы. Причиной этого оказался Staphylococcus hominis, которого достаточно в коже здорового человека и недостаточно у атопиков. S. hominis способен производить антимикробный пептид, высокоэффективный против золотистого стафилококка. Изолировав и культивировав S. hominis из кожи здорового пациента, исследователи применили его в виде крема. После нанесения крема на кожу атопиков отмечалось 1000-кратное падение колонизации кожи золотистым стафилококком. Данное исследование может стать трамплином для разработки новых видов терапии атопического дерматита.

У половины из 221 пациента в возрасте 6-55 лет с аллергией к арахису, использовавших накожный пластырь, содержащий 250 мкг белка арахиса, наблюдалось клинически значимое увеличение порога экспозиции, необходимой для возникновения аллергической реакции на арахис, по сравнению с 25% в контрольной группе с использованием плацебо-пластырей. Результаты были более заметны у детей, чем пожилых пациентов, что авторы объясняют более пластичной иммунной системой у детей. Средний уровень антител IgG4, биомаркера терапевтического эффекта, после годового курса накожной иммунотерапии у детей при использовании пластырей с 250мкг арахиса возрастал в 19 раз, при дозе 100мкг – в 7 раз и при дозе 50мкг - в 5,5 раза по сравнению с исходным. Вывод: накожная иммунотерапия у больных с аллергией на арахис является перспективной, безопасной, эффективной, хорошо переносится, носит дозозависимый характер и зависит от возраста пациента.

Недавнее исследование, ретроспективно изучившее медицинскую документацию 12 647 пациентов, получавших пероральные кортикостероиды по поводу хронической идиопатической или спонтанной крапивницы, установило, что чем больше суммарная доза системных кортикостероидов, набранная за всю жизнь, тем выше кумулятивный риск развития побочных эффектов. Каждый новый грамм кумулятивной дозы перорального преднизолона, назначаемого в течение всего периода лечения хронической идиопатической или спонтанной крапивницы, увеличивает риск развития побочных эффектов на 7%. Побочные эффекты в основном включали остеопороз и переломы костей, диабет, гипертонию, нарушения липидного обмена, депрессию, мании и катаракту. Лишь при катаракте не была установлена зависимость от кумулятивной дозы стероидов. Суть этого довольно большого анализа состоит в том, что возможны кумулятивные побочные эффекты преднизолона, которые не могут быть очевидны даже для врача или клинициста, осуществляющего ежедневное наблюдение за пациентом. Авторы подчеркивают необходимость использования в качестве альтернативы при лечении хронической крапивницы негормональных препаратов, таких как ингибиторы кальциневрина или омализумаб, отмечая при этом, что ингибиторы кальциневрина несут риски гипертонии и рака.

Основное действие используемого при заболеваниях предстательной железы финастерида заключается в связывании фермента 5-альфа-редуктазы, который способствует превращению мужского гормона тестостерона в дигидротестостерон. Было замечено, что финастерид за счет снижения уровня дигидротестостерона в периферической крови, препятствует тем самым миниатюризации волосяных фолликулов у пациентов с андрогенетической алопецией. Но прием финастерида внутрь часто связан с такими побочными эффектами как: снижение либидо, сексуальная дисфункция и гинекомастия. Целью данного исследования было оценить результаты комбинированного применения финастерида и миноксидила в лечении андрогенетической алопеции. В ретроспективном исследовании участвовали мужчины в возрасте 20-40 лет с диагнозом андрогенетическая алопеция. Все пациенты получали терапию с применением 5% раствора миноксидила и таблетированной формы финастерида в течении 2 лет. Затем финастерид в таблетированной форме был заменен на топический 0,1% раствор этого же препарата. 5 из 50 пациентов прекратили лечение на 8-12 месяцев, затем вновь возобновили лечение только наружными финастеридом и миноксидилом. Из 45 пациентов, получившие непрерывное лечение у 84,44% был достигнут активный рост волос. Из 5 пациентов, которые прекратили применение финастерида внутрь, но продолжили его применение наружно, у четырех из них продемонстрировано значительное улучшение плотности волос. Вывод: после отмены таблетированой формы финастерида при лечении андрогенетической алопеции у мужчин, данный препарат для наружного применения может использоваться в качестве поддерживающей терапии.