В журнале американской академии дерматологии д-р Ю.Салем и соавторы из США опубликовали результаты ретроспективного когортного исследования, выполненного с использованием платформы TriNetX и посвященного оценке связи между пероральным приемом ниацинамида и сердечно-сосудистыми исходами у пациентов с множественными очагами немеланомного рака кожи (НМРК).
В исследовании пациенты с ≥2 немеланомными злокачественными новообразованиями кожи или буллезным пемфигоидом, начавшие прием ниацинамида per os (≥500 мг), были сопоставлены 1:1 с контрольной группой, в которой больные не получали ниацинамид. Каждая когорта состояла из 3231 пациента.
Прием ниацинамида оказался ассоциирован со снижением риска развития инфаркта миокарда с подъемом сегмента ST (ОР 0,547; 95% ДИ: 0,349-0,858), заболеваний периферических сосудов (ОР 0,741; 95% ДИ: 0,605-0,909) и внезапной остановки сердца (ОР 0,500; 95% ДИ: 0,275-0,909).
Анализ подгрупп с учетом анамнеза атеросклеротического поражения сосудов и сердца подтвердил полезный эффект применения ниацинамида.

На ежегодном съезде Американской академии аллергии, астмы и иммунологии во Флориде (США) д-р Т.Нгуен и соавторы представили результаты ретроспективного исследования безопасности вакцинации от COVID-19 для детей с атопическим дерматитом (АтД).
В исследовании задействовали данные 5758 вакцинированных и такого же числа не вакцинированных против COVID-19 детей с АтД из базы TriNetX. Пациентов сопоставляли в соотношении 1:1 с учетом демографических характеристик, коморбидностей, истории примения лекарственных средств и вакцинации.
Результаты анализа показали, что у вакцинированных детей с АтД были значимо снижены риски не только коронавирусной пневмонии, но и еще 10 инфекционных заболеваний: острого бронхиолита (ОР 0,48), острого бронхита (0,49), импетиго (0,49), не-COVID острых респираторных вирусных инфекций (ОРВИ) (0,55), острого синусита (0,55), инфекций кожи и подкожной клетчатки (0,56), контагиозного моллюска (0,6), гриппа/пневмонии (0,6), среднего отита (0,62) и инфекций верхних дыхательных путей (0,65).
Помимо инфекционных заболеваний, у вакцинированных детей также оказались значимо снижены риски развития аллергического контактного дерматита (ОР 0,54), аллергического ринита (0,56), астмы (0,7) и анафилактических реакций на пищу (0,7).

В международном журнале д-р С.Рид и соавторы из стран Скандинавии опубликовали результаты крупномасштабного анализа генетических факторов риска системной красной волчанки (СКВ).
Исследование проводили в два этапа: сначала используя биобанк FinnGen, содержащий генетические данные более 218000 человек, авторы провели менделевскую рандомизацию для определения влияния высокой генетической предрасположенности к СКВ на каждое из проявлений по критериям ACR-82.
Выяснилось, что 57 однонуклеотидных последовательностей, предрасполагающих к развитию СКВ, также ассоциированы с повышенным риском розацеа (ОШ 1,09), полиартропатий (ОШ 1,10), плеврального выпота (ОШ 1,09) и гемолитической анемии (ОШ 1,32).
На втором этапе в клинической когорте из 1487 скандинавских пациентов с определенным генотипом и детализированными клиническими данными провели валидацию, оценив генетические риски для каждого значимого проявления СКВ.
Из 11 предположенных авторами генетических вариантов, могущих быть связанными с клиническими симптомами СКВ, 5 в самом деле оказались достоверно ассоциированы с артритом (ОШ 1,15), нарушениями функций почек (ОШ 1,15), нервной системы (ОШ 1,24), кровеносной системы (ОШ 1,12) и иммунитета (ОШ 1,37) у больных СКВ.
По мнению д-ра С.Рид и соавторов, полученные данные могут в будущем быть использованы для определения субфенотипов СКВ и прогнозирования течения этого заболевания у отдельно взятых пациентов.

В одном из зарубежных журналов вышли результаты исследования д-ра И.Ян и соавторов из Китая, посвященного оценке липидного состава кожи у пациентов с розацеа.
В эксперименте приняли участие 10 больных розацеа и 10 здоровых взрослых из Пекина.
Оценка трансэпидермальной потери воды (ТЭПВ) показала, что у пациентов с розацеа значения этого показателя были в среднем выше, чем в контрольной группе (16,59 ± 3,95 в сравнении с 7,87 ± 2,52 у здоровыъ; p < 0,01), что, по мнению авторов, свидетельствует о нарушении функции кожного барьера при розацеа.
Использование метода жидкостной хроматографии и тандемной масс-спектрометрии позволило определить значительные различия в липидных профилях между двумя группами: было идентифицировано 48 липидов кожи, значимо отличавшихся у больных розацеа.
В этом числе – триглицериды, которые преобладали и значительно варьировались у пациентов с розацеа: количество 8 из этих липидов было снижено относительно кожи здоровых сверстников, а 28 – повышено.
Корреляционный анализ показал, что повышенное содержание в коже таких липидов, как триглицериды, диацилглицериды, лизофосфатидилхолин и фосфатидилхолин ассоциировано с более высокими показателями ТЭПВ (p < 0,05), в то время как концентрация свободных жирных кислот демонстрировали отрицательную корреляцию с ТЭПВ (p < 0,05).
По мнению д-ра И.Ян и соавторов, выявленные отличия в липидном составе кожи могут быть потенциальными мишенями для будущих исследований патогенеза и терапии розацеа.

В североамериканском журнале для дерматологов д-р С.Ян и соавторы из Пенсильвании (США) опубликовали результаты ретроспективного когортного исследования, посвященного оценке взаимосвязи между употреблением целебных трав, укрепляющих иммунитет, и серологическим профилем у пациентов с дерматомиозитом.
В исследовании приняли участие 286 пациентов с дерматомиозитом, из которых 36 (13%) сообщили о приеме биологически активных добавок (БАД) с иммуностимулирующими травами до появления симптомов заболевания.
Наиболее часто пациенты употребляли БАД, содержащие спирулину (61%), бузину (25%), ашвагандху (11%), хлореллу (8%), эхинацею (6%), люцерну (3%) и эврикому длиннолистую (3%).
Средний промежуток времени от первого приема трав до дебюта дерматомиозита составил 12 месяцев.
Сравнение показателей серопозитивности выявило, что в группе принимавших травы частота выявления антител, специфических для дерматомиозита была значимо ниже, чем в группе пациентов, не принимавших такие БАД (22% в сравнении с 51%; P = 0,001).
Выявляемость аутоантител, ассоциированных с дерматомиозитом (13% в группе принимавших БАД в сравнении с 32% в контрольной; P = 0,03) и антинуклеарных антител (40% в сравнении с 61%; P = 0,04) также была значимо ниже у пациентов, принимающих травяные добавки.
При этом индекс активности дерматомиозита и площадь поражения кожи не различались между двумя группами и не зависели от профиля аутоантител.
Авторы рекомендовали врачам «при диагностике и ведении пациентов с дерматомиозитом не полагаться исключительно на анализы, выявляющие аутоантитела, а учитывать клинические данные и проводить опрос на предмет приема БАД с травами», добавив, что «лица с предрасположенностью к развитию аутоиммунных реакций должны быть проинформированы о возможном риске использования таких БАД».

В британском журнале д-р С.Таха и соавторы из Палестины опубликовали систематический обзор статей, изучающих влияние средиземноморской диеты на риск развития и тяжесть течения акне.
В мета-анализ вошли 5 исследований «случай-контроль» с общим участием 765 человек (340 пациентов с акне и 425 здоровых добровольцев контрольной группы).
Мета-анализ не выявил значимой взаимосвязи между более строгим соблюдением средиземноморской диеты и снижением вероятности развития акне (ОШ 0,32; ДИ: 0,08-1,28).
Однако приверженность средиземноморской диете достоверно снижала тяжесть течения уже развившейся угревой болезни (коэффициент корреляции = -0,29; ДИ: -0,55--0,03).
При этом употребление в пищу большего количества овощей было значимо ассоциировано со снижением вероятности развития акне (ОШ = 0,46; 95% ДИ: 0,29-0,74).

В журнале американской академии дерматологии д-р Л.Л.Крисан и соавторы из США опубликовали результаты ретроспективного когортного исследования ассоциаций специфических клонотипов Т-клеточного рецептора (TCR) с прогрессированием и выживаемостью при грибовидном микозе (ГМ) и синдроме Сезари (СС).
В анализ включили данные 125 пациентов со стадиями МФ/СС от IA до IVB. Всем участникам проводилось секвенирование TCR биопсийных образцов кожи.
Как минимум один клональный TCRB и/или TCRG генный сегмент был идентифицирован у 98 пациентов (78%).
Клональный сегмент Vb20 оказался статистически значимо ассоциирован с агрессивными формами МФ/СС, тропизмом к сально-волосяным фолликулам и сопутствующей крупноклеточной трансформацией (7 из 17 [41%] в сравнении с 0 из 30 [0%] при классическом МФ/СС; P < 0,001), а также до некоторой степени – с поздними стадиями МФ/СС (8 из 38 [21%] в сравнении с 0 из 34 у больных с ранними стадиями [0%]; P = 0,01).
Клональный сегмент Vg8 был значимо ассоциирован с поздними стадиями МФ/СС (25 из 53 [47%] в сравнении 8 из 39 [21%]; P = 0,01) и худшей общей выживаемостью.
Полученные данные, по мнению исследователей, свидетельствуют о том, что идентификация специфических клонотипов TCR, ассоциированных с неблагоприятным прогнозом, может быть полезна для улучшения стратификации риска у таких пациентов, обеспечения более раннего начала лечения с применением более «агрессивных» терапевтических стратегий.