Корейские врачи исследовали влияние пикосекундного Nd:YAG лазера с длиной волны 1064 нм при ониходистрофии. Они исходили из того, что обычный Nd:YAG лазер показывал определённые успехи при лечения ониходистрофии, хотя точный механизм этого пока не был установлен. Их методика заключалась в следующем: все структуры ногтя, включая проксимальные и боковые ногтевые валики, лунку и гипонихий, обрабатывались лазером с фиксированной длительностью импульса 750 пикосекунд, размером пятна 4–6 мм, плотностью энергии 1,4–3,0 Дж/см2. Были пролечены двадцать пять пациентов (11 мужчин и 14 женщин) с общим количеством ногтей 128 (94 ногтя и 34 ногтя, соответственно). Среднее количество обработок составляло 8,7 ± 6,2, а средняя общая продолжительность лечения составляла 33,4 ± 34,6 недели. В результате средняя доля области поражения значительно снизилась (с 65,9% до 46,6%). Ожидаемыми нежелательными явлениями, связанными с лазерной терапией, были временные осложнения: эритема, петехии, небольшие корки; 6 пациентов жаловались на умеренную боль.

Швейцарско-немецкая команда исследователей опубликовала результаты своих изысканий по заживлению хронических ран. В своей работе они опирались на то, что эндотелиальная дисфункция, заключающаяся в нарушении выработки оксида азота и сопутствующем снижении уровня цГМФ, является основным патологическим признаком хронических ран. С учетом этих данных они синтезировали соединение (TOP-N53), действующее как донор оксида азота и ингибитор фосфодиэстеразы 5 типа. Затем они проводили эксперименты на здоровых и больных сахарным диабетом мышах: наносили 5мм эксцизионные раны, вводили препарат и оставляли раны без каких-либо повязок. TOP-N53 способствовал пролиферации кератиноцитов, ангиогенезу и созреванию коллагена у здоровых мышей без ускорения воспалительной реакции раны или образования рубцов. Но наиболее примечательно то, что он частично восстановил нарушение заживления у мышей с диабетом II типа. Эти результаты продемонстрировали однозначную активность TOP-N53, способствующую заживлению, за счет влияния на миграцию кератиноцитов и фибробластов, пролиферацию кератиноцитов, миграцию эндотелиальных клеток и образование сосудов.

Группа исследователей из Бельгии и Италии взялась сравнить чувствительность и специфичность различных методов выявления грибков. Они сравнивали прямую микроскопию образца, обработанного щёлочью, гистопатологическое исследование и культуральное исследование. В исследование было включено 2245 образцов ногтей. Онихомикоз был диагностирован в 1266 образцах. Культуральное исследование было принято, как “золотой стандарт”, но не очень удобный в рутинной практике. Прямая микроскопия показала более высокую чувствительность (82,65%) и более низкую специфичность (70,71%) по сравнению с гистопатологией (61,57% и 77,25% соответственно). Прямая микроскопия чаще оказывалась положительной при локализации грибковых элементов в нижней части ногтевой пластины и в подногтевом гиперкератозе. В случае комбинации методов наилучший результат, логично, показало сочетание всех 3 методов, следом шло сочетание прямой микроскопии и гистопатологии. Авторы заключают, что прямая микроскопия - наиболее эффективный метод в повседневной практике. Гистопатология представляет собой наиболее эффективный вариант, но только в тех случаях, когда есть возможность получить достаточный для исследования участок ногтя и когда имеются соответствующие лабораторные мощности.

Синдром Стерджа-Вебера - редкая патология, проявляющаяся капиллярной мальформацией, судорогами, когнитивными нарушениями и инсультоподобными эпизодами, и возникающая в результате соматической активирующей мутации в гене GNAQ. Исследования выявили, что данная мутация может вызывать гиперактивацию ферментного пути у млекопитающих, а именно киназы mTOR («мишень рапамицина млекопитающих»). Сиролимус (рапамицин) ранее показал неплохие результата при сосудистых аномалиях, и поэтому американские врачи расценили его, как потенциально перспективное средством лечения синдрома Стерджа-Вебера. В своё исследование они отобрали 10 пациентов с синдромом Стерджа-Вебера с поражением мозга и когнитивными нарушениями. Сиролимус перорально принимался в течение шести месяцев (максимальная доза: 2 мг/сут, целевой минимальный уровень: 4-6 нг/мл). Нейропсихологическое тестирование, ЭЭГ и оценка сосудистых аномалий проводилась перед исследованием и спустя шесть месяцев. По результатам исследования у пациентов увеличилась скорости обработки информации, улучшения были замечены в шкале качества жизни, измеряющей гнев, когнитивные функции и депрессию. 3 пациента сообщили о сокращении времени восстановления после инсультоподобных эпизодов. Побочные эффекты имели место, но были вполне переносимыми.

При лечении витилиго активно применяются топические ингибиторы кальциневрина (ТИК) как отдельно, так и в сочетании с фототерапией. Но безопасность длительного применения данных лечебных подходов не перестаёт быть предметом обсуждений. Корейские исследователи решили внести свой вклад в эту дисскуссию, изучив риск лимфомы и рака кожи у пациентов с витилиго, получавших ТИК или фототерапию. Для этого они провели многоцентровое ретроспективное когортное исследование 25 694 пациентов с витилиго, получавших ТИК или фототерапию в течение минимум 6 недель с 2001 по 2019. В результате в течение 95 203 человеко-лет было выявлено всего 13 случаев лимфомы, 22 случая актинического кератоза, 15 случаев немеланомного рака кожи и 5 случаев меланомы. Риск лимфомы и рака кожи существенно не увеличивался при увеличении количества ТИК или сеансов фототерапии. Исследователи заключают, что их работа в очередной раз подтверждает безопасность имеющихся лечебных подходов.

Дермароллеры (мезороллеры) используются для уменьшения рубцов и морщин, а также для лечения облысения. Известно, что микротравмы индуцируют синтез коллагена и тем самым ограничивают влияние старения и могут облегчить трансдермальную доставку лекарств. Также известно, что трансдермальная доставка миноксидила с помощью микроигл стимулирует рост волос. Тем не менее качественных исследований о пользе дермароллеров не так уж и много. Корейские исследователи своей работой попытались устранить этот пробел. Они взяли 29 пациентов с андрогенетической алопецией и разделили их на 3 лечебные группы: 1) только дермароллер, 2) дермароллер и 5% раствор миноксидила, 3) только 5% раствор миноксидила. Лечение проводилось два раза в неделю. Результаты исследования включали подсчет волос, самооценку пациентов и нежелательные явления на исходном уровне и через 6 месяцев. Побочными реакциями спустя месяц были: кожный зуд, эритема, отек, инфицирование, шелушение. Как и предполагалось, на 6-ом месяце улучшение количества волос было замечено в группе комбинированной терапии, но наблюдаемые различия с другими группами не достигли статистической значимости. При этом оценка пациентом эффективности лечения была выше также в комбинированной группе, но не выявила статистически значимой разницы между тремя группами. Авторы исследования заключают, что дермароллеры могут быть безопасным, и планируют изменить дизайн исследования и продолжить свои исследования.

То, что местное лечение - терапия первой линии большинства пациентов с хроническим бляшечным псориазом, это, конечно, “общее место”. Но вот в его оценке и интерпретации был предложен оригинальный подход. Данные о лечении пациентов с вульгарным псориазом французские врачи взяли из базы данных аптек (лекарства выдаются по назначению врача за счёт системы медицинского страхования). Из этой базы данных в исследование были включены пациенты, которым в период с марта по октябрь 2013 было назначено местное лечение (например, только кальципотриол и/или кальципотриол/бетаметазон). Основная цель исследования заключалась в том, чтобы за 3-летний период зафиксировать переход от местного лечения к системной терапии и оценить длительность местного лечения. Всего в исследование было включено 26605 пациентов, средний возраст составил 58,5 года. Большинство пациентов (94,7%) продолжали местное лечение в течение 3 лет, получив в среднем 1,1 различных препаратов. Из 1400 пациентов, перешедших на системную терапию, 93,1% перешли на небиологическую терапию (среднее время до перехода> 400 дней), сохраняя её до конца периода наблюдения. Наиболее часто назначаемой первой небиологической системной терапией был метотрексат (37%). На биологическую терапию за период наблюдения перешли менее 1% пациентов. Когортный анализ показал, что пациенты, которые переходили к использованию системной терапии в течение 12 месяцев, имели более тяжелое заболевание. У пациентов с хроническим бляшечным псориазом в течение первых 3 лет лечения наблюдалась низкая скорость перехода от местного к системному лечению, что свидетельствует о стабильности степени заболевания при использовании только местного лечения, возможно, благодаря хорошей приверженности пациента лечению.