В журнале, посвященном проблемам грибковых инфекций, опубликованы результаты рандомизированного открытого клинического исследования, проведенного д-ром Х.Тьяги и соавторами из Индии – сравнивается эффективность трех пероральных форм итраконазола (ITZ) в лечении поверхностных дерматофитий.
Актуальность работы, как сообщают авторы, обусловлена высокой распространенностью грибковых инфекций кожи в Индии и необходимостью в системной антимикотической терапии.
При этом, по мнению д-ра Х.Тьяги и др., традиционно назначаемый итраконазол отличается «переменчивыми» показателями абсорбции, в то время как прогнозировать фармакокинетические параметры формы ITZ с улучшенной биодоступностью (SUBA-ITZ) легче и удобнее, однако клинические данные по сравнению различных вариантов препарата ограничены.
В новом исследовании приняли участие 150 пациентов с лабораторно подтвержденными микозами гладкой кожи туловища, складок или лица. Всех участников случайным образом разделили на три равновеликие группы: больные в группе А получали «обычный» итраконазол в дозировке 100 мг 2 раза в сутки, в группе B – SUBA-ITZ в дозировке 65 мг 2 раза в сутки, в группе С –SUBA-ITZ в дозировке 50 мг 2 раза в сутки.
Курс лечения длился 6 недель, дополнительно наружные антимикотики не применялись.
Оценку эффективности и безопасности проводимого лечения проводили на 3 и 6 неделях лечения по шкалам BSA, PGA, в те же сроки выполняли микроскопическое исследование соскоба кожи (KOH-тест). Случаи рецидивирования и повторного инфицирования регистрировали через 3 и 6 месяцев посредством телефонного опроса.
Через 6 недель результаты лечения во всех группах оказались сопоставимыми, статистически значимых различий не было выявлено.
На 3 месяц после завершения терапии наиболее редко рецидивировали грибковые инфекции у пациентов группы С, получавших SUBA-ITZ 50 мг (у 10,2% рецидив), в группах же B (SUBA-ITZ 65 мг) и A («обычный» ITZ) показатели частоты рецидивирования и реинфицирования оказались значимо выше (31,1% и 28,9%; 23,9% и 26,1% соответственно; p<0,05).
К 6 месяцу различия между группами стерлись.
Авторы заключили, что все исследованные формы итраконазола приблизительно одинаково эффективны в краткосрочной перспективе при лечении дерматомикозов.

Китайские авторы д-р Ю.Чжан и др. опубликовали в зарубежном журнале результаты мета-анализа рандомизированных контролируемых исследований (РКИ), посвященных оценке эффективности различных наружных препаратов для купирования болевого синдрома у пациентов с красным плоским лишаем (КПЛ) полости рта на ранних сроках.
Для мета-анализа отобрали 64 РКИ, доступных в базах EMBASE, Scopus, PubMed, WanFang и Cochrane, в общей сложности с участием 2839 пациентов – оценивали сравнительную эффективность 24 различных режимов лечения в отношении снижения интенсивности боли и клинических проявлений КПЛ.
Результаты анализа показали, что топические глюкокортикостероиды (тГКС) и иммунодепрессанты наиболее эффективны при КПЛ полости рта как для облегчения болевого синдрома, так и для снижения выраженности других симптомов.
Помимо этих двух групп препаратов, по мнению китайских авторов, хорошо зарекомендовали себя и иные подходы к лечению КПЛ полости рта: лазеро- и фототерапия, растительные препараты (например, на основе ромашки), причем наиболее эффективными эти методы оказались на ранних сроках болезни.
Д-р Ю.Чжан и соавторы заключили, что препаратами первого выбора для купирования боли при КПЛ полости рта «остаются тГКС», а иммунодепрессанты «могут использоваться в случаях неэффективности тГКС или появления выраженных побочных эффектов».

В зарубежном журнале о медикаментозном лечении дерматозов вышли результаты нового проспективного контролируемого клинического исследования, проведенного д-ром В.Ци и соавторами из Китая. В ходе исследования изучались изменения уровней воспалительных цитокинов у пациентов с акне до и после терапии системным изотретиноином (СИ).
В исследовании приняли участие 75 пациентов с акне II-IV степени тяжести (т.е. среднетяжелые, тяжелые и очень тяжелые акне), еще 25 здоровых добровольцев составили группу контроля.
Пациенты получали стандартную дозу СИ: 20 мг/сут на протяжении 8 недель.
На начальном этапе и по завершении лечения врачи-исследователи оценивали уровень провоспалительных цитокинов: ИЛ-8, ИЛ-36, ФНО-α, TSLP и TWEAK.
Выяснилось, что на момент включения в исследование уровни всех перечисленных цитокинов у больных акне были статистически значимо выше, чем у здоровых сверстников (p<0,05). После восьминедельного курса СИ уровни ИЛ-8, ИЛ-36 и TWEAK заметно снизились (p<0,05), тогда как в отношении уровней ФНО-α и TSLP статистически значимых изменений отмечено не было.
Интересно, что степень тяжести акне не коррелировала с исходными уровнями провоспалительных цитокинов (p>0,05).
По мнению д-ра В.Ци и проч., полученные результаты подтверждают, что противовоспалительный эффект СИ в терапии акне обусловлен способностью снижать концентрации воспалительных цитокинов в сыворотке крови.

В международном эпидемиологическоми журнале опубликованы результаты крупного проспективного когортного исследования, посвященного анализу смертности от рака среди пожарных – авторы работы д-р Л.Р.Терас и коллеги из разных стран мира.
Выборку составили более 470 тысяч мужчин, участвовавших в программе Американского онкологического общества (когорта Cancer Prevention Study-II).
Анкетирование прошли более чем 3000 пожарных, не имевших на момент начала исследования злокачественных новообразований (ЗНО); после первичного анкетирования пациентов наблюдали на протяжении 36 лет (1982-2018 гг).
Результаты анализа показали, что у пожарных выше риск смертности от большинства видов рака в сравнении с другими профессиональными группами, причем наиболее выраженные различия выявили в отношении ЗНО кожи (ОР = 1,72; 95% ДИ: 1,14-2,60) и почек (ОР = 1,39; 95% ДИ: 0,92-2,09).
С увеличением стажа работы наблюдался рост смертности от ЗНО предстательной железы и колоректального рака, а вот ассоциация работы пожарного с опухолями легких «становилась очевидна только после более чем 30 наблюдения», что, по мнению авторов исследования, связано с долгосрочным латентным периодом воздействия канцерогенов.
Д-р Л.Р.Терас и соавторы заметили, что полученные данные свидетельствуют о необходимости пересмотра профессиональных стандартов безопасности для сотрудников пожарных служб.

В зарубежном журнале для аллергологов д-р И.Агаче и международный коллектив соавторов опубликовали результаты систематического обзора, посвященного взаимосвязи между инфекциями нижних дыхательных путей в младенческом возрасте (в том числе – вызываемых риновирусом (RV), респираторно-синцитиальным вирусом (RSV), т.е. ОРВИ), а также гельминтными инвазиями и риском развития бронхиальной астмы, атопического дерматита (АтД) и других аллергических заболеваний.
В анализ включили ряд крупных эпидемиологических исследований.
Выяснилось, что перенесенная RSV-инфекция нижних дыхательных путей в первые месяцы жизни достоверно связана с повышенным риском развития бронхиальной астмы к возрасту 7 KTN (jh 3,02; 95% ДИ: 2,23-4,09). Однако влияние RSV на формирование склонности к эпизодам свистящего дыхания (wheezing-синдром), риск развития АтД и аллергического ринита, как уточняют авторы, в настоящий момент до конца не выяснена.
Перенесенная же в младенчестве риновирусная инфекция оказалась связана с повышенным риском развития бронхиальной астмы (ОР 8,40; 95% ДИ: 2,56-27,55) – влияние ее на риск АтД или ринита также осталась неуточненной.
Инвазия гельминта Trichuris trichiura (власоглав) снижала риск возникновения wheezing-синдрома de novo (ОР 0,57; 95% ДИ: 0,35-0,94) и дебюта АтД (ОР 0,35; 95% ДИ: 0,18-0,67).
Менее значимую, неоднозначную связь выявили между аскаридозом и анкилостомозом и риском развития бронхиальной астмы и АтД.
Однако в целом, по мнению авторов обзора, перенесенные в младенческом возрасте гельминтозы, могут быть ассоциированы со снижением риска к возрасту 5 лет дебюта астмы (ОР 0,60; 95% ДИ: 0,38-0,95) и приступов свистящего дыхания (ОР 0,70; 95% ДИ: 0,51-0,95).

Д-р К.С.Локер и соавторы из США и Сингапура опубликовали в международном журнале о научных достижениях в области эстетической медицины статью о динамике состояния кожи волосистой части головы (ВЧГ) после отмены шампуня «против перхоти» у взрослых, сталкивающихся с этой проблемой.
В аннотации к исследованию авторы отметили, что «клинические испытания обычно фокусируются на устранении симптомов», а вот процессы, происходящие на коже ВЧГ после завершения курса лечения, отмены лекарственного шампуня или другого препарата «против перхоти» до сих пор недостаточно изучены.
В рандомизированном двойном слепом исследовании приняли участие взрослые, самостоятельно отмечавшие «проблемы с кожей головы», появление перхоти.
Всем участникам предписывалось в течение 2 недель мыть голову шампунем «против перхоти», затем случайным образом их разделили на две группы: участники первой продолжали использование того же шампуня, второй – переходили на «обычный» шампунь (не помогающий «от перхоти».
Состояние кожи головы отслеживали с помощью анкетирования и данных объективного обследования: врачи-исследователи оценивали выраженность шелушения, барьерную функцию кожи, также выполнялись лабораторные анализы уровней биомаркеров воспаления и оксидативного стресса, количественных показателей колонизации микроскопическими грибами рода Malassezia кожи ВЧГ.
Выяснилось, что смена шампуня с лечебного («против перхоти») на «обычный» косметический сопровождалась быстрым ростом колонизации Malassezia spp., увеличением выраженности шелушения, нарушением барьерной функции кожи, достоверным повышением уровней биомаркеров воспаления (гистамина, компонента комплемента С3 и проч.) и оксидативного стресса.
Первые значимые изменения лабораторных показателей отмечали уже спустя 3 дня после отмены шампуня «против перхоти», хотя статистически значимое усиление шелушения по шкале ASFS (Adherent Scalp Flaking Score) отмечали спустя примерно 3 недели.
Участники второй группы (начавшие после 2 недель использования шампуня «против перхоти» применять обычный косметический шампунь) сообщали о значительном усилении зуда и появлении перхоти. В группе продолжавших применение специализированного шампуня никаких статистически значимых изменений в состоянии кожи или лабораторных показателях выявлено не было.
Д-р К.С.Локер и соавторы пришли к выводу, что «для взрослых, обеспокоенных здоровьем кожи ВЧГ, регулярное и непрерывное применение средств «против перхоти» необходимо для поддержания оптимального состояния».

В зарубежном журнале, посвященном проблемам детской дерматологии, д-р М.М.Шахин и соавторы з США опубликовали результаты ретроспективного анализа медицинских карт детей, получавших антагонисты фактора некроза опухоли альфа (иФНО) – целью исследования было установить факторы риска и частоту развития парадоксальной псориазиформной воспалительной реакции (ППВР) на фоне проводимого лечения.
В исследовании задействовали данные 3418 детей, получавших иФНО по поводу таких заболеваний, как болезнь Крона, ювенильный идиопатический артрит (ЮИА), неспецифический язвенный колит (НЯК) и наблюдавшихся в период с января 2018 по январь 2023 гг. в детской больнице Цинциннати.
На фоне терапии иФНО появление псориазиформных высыпаний зарегистрировали у 70 детей (2%), из которых 52,9% составляли девочки, 91,4% – представители европеоидной расы, еще 5,7% – негроидной. Средний возраст детей на момент начала терапии иФНО составлял 11,7 года, средний возраст на момент развития ППВР –13,6 лет.
Почти каждый пятый больной также принимал иммуномодуляторы, у подавляющего большинства детей (94%) ППВР поражала несколько анатомических областей.
Средний промежуток времени от начала терапии иФНО до появления высыпаний – 16,9 месяца.
Для лечения ППВР чаще всего использовали топические глюкокортикостероиды (тГКС – в 85,7% случаев), системные ГКС (15,4%) и нестероидные средства для наружного применения ( такролимус, пимекролимус, кальципотриол – 24,3%).
В 32 случаях (45,7%) наблюдалось полное разрешение высыпаний; среднее время до исчезновения симптомов – 15,5 месяца.
Большинство детей, у которых развилась ППВР, страдали болезнью Крона (71,4%), в качестве лечения получали инфликсимаб (52,7%) и адалимумаб (44,6%).
В 40 случаях (57,1%) изначально назначенный иФНО отменяли из-за появления сыпи; из этого числа 12 детей (30%) «перевели» на другой препарат из группы иФНО, однако у трети из них повторно развивалась псориазиформная сыпь. В 25 случаях (62,5%) детям с ППВР в ответ на иФНО назначались препараты другого класса, но даже так у 36% псориазиформная сыпь сохранялась
Д-р М.М.Шахин и соавторы отметили, что девочкам чаще назначали сильные и очень сильные тГКС, чем мальчикам, что, по мнению исследователей, «может свидетельствовать либо о различиях в назначениях, либо о большей тяжести заболевания у этой группы пациентов».
ППВР выявляли в более поздние сроки у детей, больных ЮИА (в среднем – через 22,6 месяца; P = 0,02), при одновременном приеме иммуномодуляторов (11,0; P = 0,04), а также у пациентов более старшего возраста на момент начала терапии иФНО (2,4; P < 0,01).