В британском журнале для дерматологов вышла статья д-ра Цз.Го и соавторов из Китая – речь в ней идет о том, как характер сна и генетическая предрасположенность влияет на риск развития псориаза; также обсуждается взаимосвязь метаболома сыворотки крови с риском и тяжестью течения псориаза.
По мнению исследователей, неудовлетворительное качество сна увеличивает риск развития псориаза, особенно у лиц с наследственной к нему предрасположенностью.
В проспективном когортном исследовании задействовали данные 399912 людей из базы UK Biobank – на момент включения в исследование ни у кого из них не был диагностирован псориаз.
За средний период наблюдения (14,7 года) псориаз выявили у 4001 пациента.
Результаты регрессионного анализа показали, что по сравнению с участниками с высоким полигенным риском развития псориаза и плохим качеством сна, у участников без значимой генетической предрасположенности к псориазу и хорошим качеством сна риск развития псориаза был наименьшим (ОР 0,34; 95% ДИ: 0,28-0,43).
Такие биомаркеры как GlycA, соотношение поли- и мононенасыщенных жирных кислот в сыворотке крови и щелочная фосфатаза были названы д-ром Цз.Го и др. в качестве «частичных посредников взаимосвязи между сном и риском развития псориаза». 

В европейском медицинском журнале д-р С.Альфарси и соавторы из Германии и Швеции опубликовали статью, посвященную риску развития психических расстройств после выявления склероатрофического лихена (САЛ).
В ретроспективном когортном исследовании задействовали данные 42851 пациентов с САЛ и 42851 «контрольных» взрослых из базы данных TriNetX.
Результаты анализа показали, что в течение 5 лет после установки диагноза САЛ депрессивный эпизод выявляли у 3,92% пациентов с САЛ, в контрольной группе депрессия развивалась в течение 5 лет у 3,43% взрослых (ОР 1,31; 95% ДИ: 1,22-1,40; p < 0,0001).
Кроме того, у пациентов с САЛ оказался повышен риск рекуррентной большой депрессии (ОР 1,71; 95% ДИ: 1,48-1,98; p < 0,0001) и тяжелой реакции на стресс (ОР 1,62; 95% ДИ: 1,45-1,80; p < 0,0001).
Эти риски оказались наиболее выраженными среди представителей европеоидной расы и женщин.
Риск возникновения суицидальных мыслей, суицидальных попыток и дебюта шизофрении не различался между двумя группами.
Исследователи пришли к выводу об «умеренном повышении» риска развития депрессии и связанных со стрессом расстройств психики.

В зарубежном журнале д-р Ф.Этгу и д-р Г.С.Татар из Турции опубликовали результаты оригинального исследования, посвященного оценке факторов, влияющих на тяжесть акне, риск развития и выраженность рубцов постакне.
В исследовании, проведенном в период с мая по ноябрь 2024 года, приняли участие 269 пациентов с акне, из этого числа 175 были женского пола, 94 – мужского.
Постакне диагностировали у 71,3% участников.
Более молодой возраст, дебют акне в детском и подростковом возрасте оказались статистически значимо ассоциированы с большей тяжестью акне и риском рубцевания.
Мужской пол и тяжелое течение акне дополнительно увеличивали риск и тяжесть постакне.
Пациенты с постакне сталкивались с большим психоэмоциональным напряжением и стрессом.
Авторы работы также обнаружили, что поствоспалительная гиперпигментация и эритема служили «предвестниками» формирования более тяжелых рубцов постакне, также риск развития постакне повышало предшествующее использование наружных препаратов и системных антибиотиков.
Применение системного изотретиноина, напротив, по-видимому, оказывало протективный эффект

В журнале американской академии дерматологии д-р Ю.Салем и соавторы из США опубликовали результаты ретроспективного когортного исследования, выполненного с использованием платформы TriNetX и посвященного оценке связи между пероральным приемом ниацинамида и сердечно-сосудистыми исходами у пациентов с множественными очагами немеланомного рака кожи (НМРК).
В исследовании пациенты с ≥2 немеланомными злокачественными новообразованиями кожи или буллезным пемфигоидом, начавшие прием ниацинамида per os (≥500 мг), были сопоставлены 1:1 с контрольной группой, в которой больные не получали ниацинамид. Каждая когорта состояла из 3231 пациента.
Прием ниацинамида оказался ассоциирован со снижением риска развития инфаркта миокарда с подъемом сегмента ST (ОР 0,547; 95% ДИ: 0,349-0,858), заболеваний периферических сосудов (ОР 0,741; 95% ДИ: 0,605-0,909) и внезапной остановки сердца (ОР 0,500; 95% ДИ: 0,275-0,909).
Анализ подгрупп с учетом анамнеза атеросклеротического поражения сосудов и сердца подтвердил полезный эффект применения ниацинамида.

На ежегодном съезде Американской академии аллергии, астмы и иммунологии во Флориде (США) д-р Т.Нгуен и соавторы представили результаты ретроспективного исследования безопасности вакцинации от COVID-19 для детей с атопическим дерматитом (АтД).
В исследовании задействовали данные 5758 вакцинированных и такого же числа не вакцинированных против COVID-19 детей с АтД из базы TriNetX. Пациентов сопоставляли в соотношении 1:1 с учетом демографических характеристик, коморбидностей, истории примения лекарственных средств и вакцинации.
Результаты анализа показали, что у вакцинированных детей с АтД были значимо снижены риски не только коронавирусной пневмонии, но и еще 10 инфекционных заболеваний: острого бронхиолита (ОР 0,48), острого бронхита (0,49), импетиго (0,49), не-COVID острых респираторных вирусных инфекций (ОРВИ) (0,55), острого синусита (0,55), инфекций кожи и подкожной клетчатки (0,56), контагиозного моллюска (0,6), гриппа/пневмонии (0,6), среднего отита (0,62) и инфекций верхних дыхательных путей (0,65).
Помимо инфекционных заболеваний, у вакцинированных детей также оказались значимо снижены риски развития аллергического контактного дерматита (ОР 0,54), аллергического ринита (0,56), астмы (0,7) и анафилактических реакций на пищу (0,7).

В международном журнале д-р С.Рид и соавторы из стран Скандинавии опубликовали результаты крупномасштабного анализа генетических факторов риска системной красной волчанки (СКВ).
Исследование проводили в два этапа: сначала используя биобанк FinnGen, содержащий генетические данные более 218000 человек, авторы провели менделевскую рандомизацию для определения влияния высокой генетической предрасположенности к СКВ на каждое из проявлений по критериям ACR-82.
Выяснилось, что 57 однонуклеотидных последовательностей, предрасполагающих к развитию СКВ, также ассоциированы с повышенным риском розацеа (ОШ 1,09), полиартропатий (ОШ 1,10), плеврального выпота (ОШ 1,09) и гемолитической анемии (ОШ 1,32).
На втором этапе в клинической когорте из 1487 скандинавских пациентов с определенным генотипом и детализированными клиническими данными провели валидацию, оценив генетические риски для каждого значимого проявления СКВ.
Из 11 предположенных авторами генетических вариантов, могущих быть связанными с клиническими симптомами СКВ, 5 в самом деле оказались достоверно ассоциированы с артритом (ОШ 1,15), нарушениями функций почек (ОШ 1,15), нервной системы (ОШ 1,24), кровеносной системы (ОШ 1,12) и иммунитета (ОШ 1,37) у больных СКВ.
По мнению д-ра С.Рид и соавторов, полученные данные могут в будущем быть использованы для определения субфенотипов СКВ и прогнозирования течения этого заболевания у отдельно взятых пациентов.

В одном из зарубежных журналов вышли результаты исследования д-ра И.Ян и соавторов из Китая, посвященного оценке липидного состава кожи у пациентов с розацеа.
В эксперименте приняли участие 10 больных розацеа и 10 здоровых взрослых из Пекина.
Оценка трансэпидермальной потери воды (ТЭПВ) показала, что у пациентов с розацеа значения этого показателя были в среднем выше, чем в контрольной группе (16,59 ± 3,95 в сравнении с 7,87 ± 2,52 у здоровыъ; p < 0,01), что, по мнению авторов, свидетельствует о нарушении функции кожного барьера при розацеа.
Использование метода жидкостной хроматографии и тандемной масс-спектрометрии позволило определить значительные различия в липидных профилях между двумя группами: было идентифицировано 48 липидов кожи, значимо отличавшихся у больных розацеа.
В этом числе – триглицериды, которые преобладали и значительно варьировались у пациентов с розацеа: количество 8 из этих липидов было снижено относительно кожи здоровых сверстников, а 28 – повышено.
Корреляционный анализ показал, что повышенное содержание в коже таких липидов, как триглицериды, диацилглицериды, лизофосфатидилхолин и фосфатидилхолин ассоциировано с более высокими показателями ТЭПВ (p < 0,05), в то время как концентрация свободных жирных кислот демонстрировали отрицательную корреляцию с ТЭПВ (p < 0,05).
По мнению д-ра И.Ян и соавторов, выявленные отличия в липидном составе кожи могут быть потенциальными мишенями для будущих исследований патогенеза и терапии розацеа.